— Стоп! — крикнул шкипер.
— Стоп! — повторил юнга; пар вырвался с оглушительным свистом, и все девицы, словно по команде, хором завизжали. Успокоились они лишь после того, как отважный капитан Хелвс заверил их, что выхлоп пара, коим сопровождается остановка судна, редко приводят к значительным потерям человеческих жизней.
Двое матросов подбежали к перилам; они долго кричали, бранились, цепляли багром за борт лодки и, наконец, мистера Флитвуда с супругой и сыном и мистера Уэкфилда с супругой и дочерью благополучно водворили на палубу. Девочке было лет шесть, мальчику — года четыре; ее нарядили в белое платье с розовым поясом и плохо выглаженную кофточку; соломенную шляпку покрывала зеленая вуаль — шесть дюймов на три с половиной; мальчик был в нанковом платьице, и между подолом и краем клетчатых носков виднелись голые, не очень чистые икры; на голове торчал голубой картузик с золотым галуном и кисточкой, а в руке он держал обсосанный имбирный пряник, оставивший лепные украшения на его щеках.
Пароход снова двинулся, оркестр заиграл «В путь, друзья», гости, разбившись на группы, весело болтали между собой. Почтенные старики парами шагали по палубе с таким сосредоточенным упорством, словно состязаясь на приз в стойкости и выносливости. Пароход быстро шел вниз по реке. Мужчины показывали дамам доки, портовый полицейский участок и другие изящные общественные здания, а девицы, как полагается, вскрикивали от ужаса при виде лебедок и кранов, поднимавших уголь и прочие грузы. Мистер Харди рассказывал замужним дамам анекдоты, а те хохотали до упаду, закрываясь платочками, хлопали его веером по руке, называли «шалуном, бесстыдником» и так далее; а капитан Хелвс походя описывал битвы и дуэли с такой кровожадностью, что снискал восхищение всех женщин и возбудил черную зависть мужчин. Начались танцы; капитан Хелвс пригласил сперва мисс Эмили Тоуятон, затем мисс Софи Тоунтон. Миссис Тоунтон была на седьмом небе. Победа казалась окончательной, но увы! — о мужское непостоянство! Отдав дань вежливости, капитан занялся одной мисс Джулией Бригс и, протанцевав с ней три раза подряд, уже не отходил от нее весь день.
После того как мистер Харди с блеском исполнил две-. три фантазии на губной гармонике и насколько раз повторил остроумную шутку — незаметно подкравшись к кому-нибудь из членов комитета, мелом начертить на его спине огромный крест, — мистер Перси Ноукс выразил надежду, что присутствующие среди гостей любители музыки порадуют общество своими талантами.
— Может быть, — сказал он вкрадчиво, — капитан Хелвс не откажет нам в удовольствии?.. — Миссис Тоунтон просияла, ибо капитан умел петь только дуэты и, следовательно, поневоле должен был петь с одной из ее дочерей.
— Поверьте, — начал храбрый воин, — я почел бы за счастье, но…
— Ах, пожалуйста! — запищали девицы.
— Мисс Эмили, не угодно ли вам исполнить дуэт с капитаном?
— О, с удовольствием, — ответила сия девица, хотя тон, которым это было сказано, свидетельствовал о прямо. противоположных чувствах.
— Хотите, я буду аккомпанировать вам, дорогая? предложила одна из барышень Бригс с явным намерением испортить все дело.
— Премного благодарны, мисс Бригс, — резко оборвала ее миссис Тоунтон, разгадавшая маневр неприятеля. — Мои дочери всегда поют без аккомпанемента.
— И без голоса, — негромко хихикнула миссис Бригс.
— Пожалуй, — сказала миссис Тоунтон, побагровев от злости, ибо она, хоть и не расслышала язвительного замечания, но верно поняла его смысл, пожалуй, было бы лучше, если бы кой у кого голос звучал не так внятно для других.
— Пожалуй, — парировала миссис Бригс, — если бы молодые люди, похищенные для того, чтобы оказывать знаки внимания дочерям некиих особ, не обнаруживали довольно вкуса и не оказывали знаков внимания дочерям других особ, то некии особы не проявляли бы столь неудержимо свой скверный характер, — чем они, хвала господу, заметно отличаются от других особ.
— Особы! — воскликнула миссис Тоунтон.
— Особы, — подтвердила миссис Бригс.
— Нахалка!
— Выскочка!
— Тише! тише! — зашикал на них мистер Перси Ноукс, оказавшийся в числе тех немногих, кто слышал этот обмен любезностями. — Тише, прошу вас, давайте слушать дуэт.
Капитан долго гудел и подвывал, пробуя голос, и, наконец, запел арию из оперы «Павел и Виргиния», беря все более и более низкие ноты, так что казалось, он дойдет до бог весть какой глубины, откуда ему ни за что не выбраться. Такое мычание в любительских музыкальных кругах зачастую называют «петь басом».