– Вот это не совсем так, – протянула Надежда.
Лиля быстро взглянула на нее, улыбнулась и продолжила:
– «Самое же главное, о чем поведал мне господин советник, – камни эти приносят своему владельцу страшное несчастье, коли не будет соблюдено некое условие. Что это за условие, господин советник не знает, а я тем более. Именно из-за этого свойства «Очи наяды» так часто меняли своих владельцев. Поэтому, дорогая Нарине, будь с ними осторожна… Надеюсь все же, что жизнь твоя сложится счастливо, а я буду помнить о нашей любви до самой смерти. Остаюсь навеки твой Мартин Зауэр». Это все, – Лиля подняла глаза на Надежду. – А теперь расскажите, что это за письмо, как оно попало к вам в руки и о каких камнях в нем идет речь.
Надежда строго посмотрела на нее и твердо произнесла:
– Мы ведь уже договорились. Ты будешь первой, кому я об этом расскажу, но сейчас не могу. Это тайна, причем очень опасная.
– Ну-ну… – усмехнулась Лиля.
По дороге домой Надежда ломала голову над загадкой, которую подбросила ей судьба.
Если сломанная сережка и впрямь из того старинного комплекта, о котором говорил в своем письме немецкий ювелир, то, во‑первых, как она оказалась у странного бомжа, во‑вторых, где вторая серьга, а в‑третьих, где были «Очи наяды» на протяжении двухсот пятидесяти лет, отделяющих ту немецкую историю от наших дней?
В общем, чем глубже погружалась Надежда в это расследование, тем больше перед ней возникало вопросов. Первый и самый главный вопрос – что вообще происходит? – она решила оставить без ответа. Может быть, ей все это кажется? Не придумала ли она историю на пустом месте? Ну бомж, ну сережка, ну непонятная надпись внутри – это все лирика, как говорил когда-то в институте их преподаватель по матанализу. Даже наезд на ювелира можно объяснить опасным вождением скотины-водителя. Но убийство престарелой библиотекарши выбивалось из этого ряда. Тут уж на случайность не спишешь. Опять-таки, ограбление в торговом центре.
Надежда почувствовала, что серьга жжет ей карман. Не хватало еще, чтобы в квартиру залезли. Хоть замки у них и хорошие, и дом приличный, кто попало не ходит, но все же…
На этой мысли она открыла дверь и переступила порог.
К ней тут же подошел Бейсик и принялся тереться об ноги, умильно заглядывая в глаза. Надежда машинально, на автопилоте проследовала на кухню, машинально насыпала в кошачью миску приличную порцию сухого корма и отправилась в свою комнату.
Кот проводил ее разочарованным мяуканьем, в котором читался известный, точнее, извечный вопрос: «А поговорить?» И вообще, что это за мода – откупаться от кота сухим кормом? Если бы еще хоть паштета положила… В общем, все будет доложено Сан Санычу!
Но Надежда не обратила никакого внимания на предупреждение кота. Все ее мысли были заняты другим – исторической головоломкой, загадкой бриллиантов «Очи наяды».
Надежда включила компьютер и, как только экран ожил, набрала в поисковой строке запрос: «Очи наяды».
Ей тут же выдали информацию о картинах с похожими названиями Густава Доре, Густава Климта и Клода Моне, о стихотворениях Пушкина, Жуковского и Есенина, в которых упомянуты наяды, а также об элитной линии декоративной и лечебной косметики с соответствующим названием.
Надежда расширила запрос: «Бриллианты “Очи наяды”», но ничего нового не появилось.
Она задумалась.
В восемнадцатом веке камни находились в Германии. Весьма вероятно, что большая часть их истории прошла там же, в Германии, и вообще в Европе. Значит, о них могли писать в иностранных источниках. Может быть, все дело в неточности перевода? Может быть, нужно искать не «Очи наяды»?
А что?
Надежда снова задумалась и даже наморщила лоб, хотя когда-то дала себе страшную клятву этого не делать.
Кто такие наяды? Низшие божества Древней Греции, разновидность нимф. Вроде русалок, кажется, во всяком случае, обитают в воде. Есть еще дриады – ну, те точно на деревьях сидят.
Надежда видоизменила запрос, набрав в поисковой строке: «Глаза нимфы».
Ей тут же выдали ссылку на французского бульварного писателя второй половины девятнадцатого века Гастона Мишле, автора популярного романа «Взгляд нимфы».
– Эврика! – сказала Надежда появившемуся коту, которому стало скучно обижаться в одиночестве над миской с сухим кормом и он притащился в гостиную похулиганить. Бейсик сел посредине комнаты и начал обдумывать свою месть, пока хозяйка была занята компьютером.