– Ну, я и не сомневалась! – Лиса хищно усмехнулась. – Подумаешь – сережка, еще и без пары! Муж гораздо важнее, правда?
– Правда… – с трудом выдавила Надежда. – Хотя тебе-то откуда знать?
Уж что-что, а отличить незамужнюю от замужней сможет любая женщина, имеющая в голове хоть полторы извилины. У Надежды же их было гораздо больше.
– Ну, и где же она? – Лиса метнула на нее сердитый взгляд – значит, намек поняла.
– Развяжите меня, я ее достану.
– Э нет, не надо пытаться нас перехитрить! Говори, где она. Я сама возьму.
– Ты не сможешь…
– А давай попробуем. Может быть, все получится.
– Ладно… она наверху, в люстре.
Лиса Патрикеевна переглянулась со своим спутником. В ее глазах мелькнуло торжество.
– В этой люстре?
– В этой самой, – кивнула Надежда на висящую в центре комнаты тарелку из матового стекла с четырьмя плафонами, повернутыми к потолку.
Мужчина огляделся, выдвинул один из стульев и хотел влезть на него, но женщина его остановила:
– Я сама. Под тобой, того и гляди, стул подломится.
– Ну, доча, это ты зря, я еще ничего… – обиделся мужчина.
Ах, вот в чем дело! Оказывается эта рыжая зараза – дочка Чалышева! Ну, яблоко от яблони недалеко падает.
– Значит, семейный подряд? – прищурилась Надежда.
– Не твое дело! – окрысилась Лиса и, взобравшись на стул, покосилась на Надежду: – Где?
– Вон в том плафоне, левее…
Женщина сунула руку в плафон, но тут же ее отдернула – горячо.
– Выключи свет! – велела она отцу.
Тот щелкнул выключателем, свет в комнате погас. Лиса Патрикеевна немного выждала, снова запустила руку в стеклянный плафон и разочарованно протянула:
– Там ничего нет!
– Ты с нами что, играть вздумала? – с угрозой в голосе проговорил Чалышев. – Сейчас я позвоню нашему человеку, и можешь проститься с мужем!
«Врет ведь! – уверилась Надежда. – Никого у них нет, вдвоем работают, делиться ни с кем не хотят. Но только не надо им показывать, что я знаю…»
– Эй, нет! – испуганно вскрикнула Надежда. – Не впутывайте мужа! Он ни при чем! Это должно быть там… наверное, я ошиблась – она в соседнем плафоне!
Женщина пошарила в другом плафоне – и на этот раз достала из него маленькую бархатную коробочку.
– Нашла! – проговорила она торжествующе и, спрыгнув со стула, открыла коробочку: – Это она, она! Одна у нас уже есть!
– Пошли отсюда быстрее! Нечего тут больше делать! – заметил ее отец.
– Погоди, а с этой что? – Лиса взглянула на Надежду, и от этого взгляда той стало очень неуютно.
Она вспомнила, что бешеные лисы нападают не только на кошек, но и на собак в три раза больше размером. В общем, ничего не боятся, когда становятся очень агрессивными. Может, и эта лиса бешеная?
– Она много знает, а свидетели нам не нужны.
– Да оставь ты ее! Время дорого! Сколько ты с ней провозишься? Баба здоровая, это тебе не старуха в библиотеке.
«Значит, это она библиотекаршу придушила!» – сообразила Надежда и тут же опустила глаза, чтобы эта стерва не поняла, что она знает. В противном случае ей и правда не жить.
– Ладно, идем!
Злодеи направились к двери.
– Ну теперь вы меня можете наконец развязать? – окликнула их Надежда, немного успокоившись.
– Обойдешься! – мстительно прошипела женщина. – Посиди так до прихода мужа!
С этими словами незваные гости покинули квартиру.
Они спустились по лестнице, вышли из дома и сели в машину, припаркованную за углом, в тихом безлюдном проулке. Мужчина – за руль, женщина – рядом с ним на пассажирское сиденье. Захлопнув дверцу, она достала из кармана черную бархатную коробочку.
Спутник покосился на нее:
– Убери пока.
– Очень хочется на нее посмотреть!
– Дома посмотришь!
– Это вряд ли! – раздался вдруг с заднего сиденья низкий, надтреснутый голос.
Женщина вскинула глаза к зеркалу заднего вида и увидела в нем желтоватое морщинистое лицо, покрытое россыпью пигментных пятен. Лицо старой черепахи, но с живыми, внимательными, насмешливыми глазами. Ее спутник потянулся к внутреннему карману, но старик опередил его: вытянул вперед кулак, раскрыл ладонь – и выбросил в воздух щепотку зеленоватого, пряно пахнущего порошка. В то же время он задержал дыхание и закрыл лицо белым носовым платком.
Прилизанный схватился за грудь, закашлялся и завалился лицом на руль. Женщина тихо сомлела, откинув голову на спинку сиденья. Старик, по-прежнему задерживая дыхание, осторожно забрал у нее бархатную коробочку и вышел из машины. Прежде чем уйти, он еще раз взглянул на мужчину с прилизанными волосами и покачал головой:
– Надо же, как ты похож на отца… и такой же идиот.