— Следствие продолжается. Если будет что новое, сообщим.
Машина с гражданским номерным знаком выехала за Кларой.
— Только прошу привезти девушку без конвоя, не так, как меня, — попросил Янчак, обратившись к солдатам патрульной службы.
Капитан Срока оставил замечание поручника без комментариев.
— Может, выпьем кофе? — предложил он.
— Не откажусь. — Янчак посмотрел в окно. Занимался рассвет.
В эти предутренние часы все выглядели уставшими, на лицах — следы переутомления и бессонницы.
Поступила информация следственных органов о пострадавших. Установлены их имена, фамилии, год и место рождения, последнее место работы. Они подозревались в мелких кражах в палатках и кемпингах.
— Узнай, ручные часы у них были? — спросил Хенрык.
— Были, — ответил капитан.
— Кто-нибудь из них случайно не потерял стеклышка от них?
— Да, потерял.
Капитан Срока набрал номер телефона местного отделения милиции. Попросил установить, с кем Боля и Швидер встречались за последние дни. Важно установить внешность этих людей, имена, фамилии, место работы и жительства, давно ли прибыли в Гняздово и с какой целью.
— Полагаешь, пострадавшие имели контакты с Альфой? — допытывался Хенрык.
— А что думаешь ты? — спросил капитан.
— Я уверен. Это будет доказано при очной ставке.
Оба аквалангиста были готовы к выполнению задания. И тут как раз подъехала машина с Кларой. Увидев их снаряжение, она пошутила:
— Не собираетесь ли вы в космос?..
Но шутка не была поддержана: слишком уж напряженной была обстановка.
Раздался телефонный звонок из отделения милиции. Их оперативный сотрудник посетил директора ресторана «Русалка». Она сообщила, что двое парней, некие Боля и Швидер, пили вечером в ресторане. Сначала одни, потом к ним подсел незнакомый мужчина, для которого они покупали пиво по сто злотых за бутылку. Описание внешности незнакомца ни о чем не говорило: обыкновенное лицо, ничем не примечательная наружность, без каких-либо особых примет.
— А она уверена, что это был мужчина? — спросил Янчак, прислушиваясь к разговору.
— Да, она точно помнит, что это был мужчина и он довольно энергично о чем-то разговаривал с теми парнями.
Получена очередная информация из госпиталя. Пострадавшие были пьяны. В карманах у них обнаружены пятисотзлотовые банкноты одной и той же серии.
Капитан Срока и поручник Янчак задумались. Значит, Альфа уже в Гняздове! Если это он был в ресторане, то что ему нужно было от этих парней?
Если агент не соблюдал элементарной конспирации, значит, он на что-то надеялся или готов был в любую минуту исчезнуть. Может быть, он уже покинул Гняздово? Однако не из-за того же, чтобы вывести из строя трансформатор, оказался здесь агент западных спецслужб!
— Всю полученную информацию и наши предположения немедленно передай по радиотелефону майору Сливке, — отдал Срока распоряжение сержанту.
— А что мне делать? — спросила Клара.
— Это зависит от поручника Янчака, — ответил капитан. — Ты в его распоряжении.
— Я хотел бы осмотреть место взрыва, — высказался Янчак.
— Хорошо, — согласился капитан.
Плотина все еще не была освещена. Оперативные сотрудники милиции, закончив допрос немногих свидетелей, продолжали оставаться на местах.
Группа работников следственного отдела при свете прожекторов трудилась на месте происшествия. Они делали фотоснимки, замеры и описания.
— Здесь необходимо как следует поработать, — произнес Янчак.
Он внимательно осмотрел обгорелый участок травы, оплавленную железную цепь и другие следы аварии. Люди постепенно расходились, обсуждая происшедшее.
Янчак бегом возвратился к машине, где его ждали капитан и аквалангисты.
Майер тем временем энергично пробирался через лес. Он миновал туристские палатки, молодежный лагерь и снова углубился в чащу.
Агент все время ждал, когда сработает часовой механизм и произойдет мощный взрыв, в результате которого вода хлынет неудержимым потоком через поврежденную плотину, затопит долину, ближайшие застройки, прорвется к лесу и военному аэродрому.
В авиачасти будет объявлена тревога, раздадутся различного рода сигналы и команды пилотам боевых самолетов, патрулировавших в воздушном пространстве над частью и другими военными объектами.
Кто расшифрует эти сигналы и команды, тот будет иметь ключ к важному элементу связи между боевыми самолетами и центром управления полетами. Могут измениться коды или шифры, но электронная запись сигналов останется. При соответствующей обработке перехваченных электронных сигналов вражеская разведка в боевых условиях сможет изменять направление полетов военных самолетов и не давать им возможности достигнуть цели.