Полковник прошелся по комнате, взял в руки газету, но сразу же ее отложил. Он действовал машинально, не переставая думать о своем. Щенсный сидел в старом, отслужившем свой срок кресле и следил за начальником с растущим нетерпением.
Наконец полковник сел за стол, отпил из чашки кофе и проговорил:
— Я принял во внимание и такую возможность: этот инженер Вишневский — сообщник убийцы. И возможно, сам убийца. Рассказанная им история с заменой покрышек преследует цель скрыть преступление… Нет, что-то не похоже.
— Если бы это был он, то приехал бы ночью в мастерскую, сразу же сменил покрышки, а старые надежно спрятал, потом постепенно, по одной, продавал бы своим клиентам. Главным образом тем, кто живет вне Варшавы. Согласен с тем, что, имея в виду ширину колеи и отпечатки от следов покрышек, мы могли бы спутать «Фиат» с «Ладой». Кроме того, с его стороны было бы идиотской ошибкой оставлять покрышки на своей машине, если совершил убийство он, и еще большим идиотизмом — рассказывать об этом на бирже малознакомому человеку. Зачем? Нет, Стефан! Я почти уверен, что инженер говорил правду. — Он помолчал, нахмурил брови. — Вот что мне пришло сейчас в голову: убийца ведь может посчитать, что инженер все-таки его запомнил. И тогда попытается избавиться от свидетеля.
— Трудно обеспечить охрану Вишневского. Потребуется несколько человек на продолжительное время, а ты знаешь, как сейчас с кадрами. Полагаю, что в настоящее время единственный путь, который нам остался, — это исключительно внимательная проверка окружения, в котором вращался Данель Мрозик. Именно здесь ключ к загадке! Его убили не без причины, должна существовать какая-то взаимосвязь. Конечно, это не убийство с целью ограбления, судя по тому, что ты нашел в лесу…
— Не я нашел, — прервал его Щенсный, — собака.
Полковник Данилович рассмеялся:
— Хорошо, пусть так: вы вместе нашли. Золотые часы, бумажник, документы — это лакомые кусочки для вора. А убийца не только не забрал их, но и старательно спрятал. Почему? Конечно, хотел, чтобы милиция как можно позднее установила личность убитого. Снова: почему? Чтобы мы с большим опозданием стали искать виновного среди знакомых и родственников Мрозика. Впрочем, может быть, убийца уже давно на другом конце Польши.
Щенсный в принципе был согласен с доводами начальника. Но он знал также, что результаты следствия показывают совершенно иное. Ни в семье, ни среди тех, с кем работал Мрозик, не удалось натолкнуться на какие-либо следы скрытой преступной связи, тайных знакомств или чего-либо подобного. Данель жил, можно сказать, на глазах, открыто, был спокойным, веселым, исключительно доброжелательным молодым человеком и при всем том был очень привязан к родителям. Это подтвердили не только отец и мать, но и родственники из Староселок.
Щенсный в мыслях многократно проделывал путь, которым Данель шел в последний раз вечером двадцать седьмого июля. Работники местного отделения милиции воспроизвели почти каждую минуту его пребывания в селе, проверили каждый шаг, выслушали не только родственников, но и соседей. Данель навестил некоторых из них, выглядел, как всегда, веселым, энергичным, делился планами на ближайшие месяцы: его ожидало повышение в должности на фабрике.
Вышел он из Староселок около двадцати одного часа, чтобы минут за тридцать прогулочного шага добраться до лесной остановки «по требованию»: Мрозик намеревался успеть на последний автобус. Он мог сесть в него в селе, но решил прогуляться. Стоял теплый, погожий вечер.
Милиционеры опросили водителя автобуса и нескольких запоздалых пассажиров. Все они заявили, что на остановке в лесу никого не было. Водитель притормозил, но, увидев пустую дорогу, прибавил газу и поехал дальше. На часах было двадцать один пятьдесят, автобус запаздывал.
Значит, Мрозик или не добрался до остановки, или по неизвестной причине, не дожидаясь автобуса, свернул в лес. Почему? Увидел что-то такое, что его заинтриговало? Может, кто-то звал на помощь?
Щенсный неоднократно вместе с поручником из управления проводил следственный эксперимент, отправляясь в тот же самый час, той же самой дорогой к остановке «по требованию». В тот день майор велел водителю милицейской машины ночью выехать в Урочище и стоять там с зажженными фарами. И оказалось, что с этого места свет от машины пробивался сквозь деревья. Не очень сильный, но, тем не менее, заметный в ночной мгле.