Рей метнул огорченный взгляд на тележку, перевел его на ведра и снова посмотрел на брата.
- Около двадцати.
- Около двадцати да. Я бы даже сказал восемнадцать с половиной. При такой длине и внутреннем объеме, он тебя даже до нашего вокзала не успеет довезти и застопориться через пару дюймов.
- Не преувеличивай.
- Не преувеличивай?! – выкрикнул Ник и наигранно рассмеялся, от чего его нос заныл с новой силой. – Я даже преуменьшаю, Рей, - понизил он голос. – Это я еще молчу о голых колесах, где нет ни единого противовеса.
- Зачем ты тогда сделал акцент на дизайне, когда я тебе его принес? – недоуменно спросил Реймунд и качнулся в сторону Ника.
- Потому что, увидев его уродливую «голову» я сразу понял, что он не поедет.
- Только потому что он уродлив, поезд не может ехать? Это звучит, как бред, Николас, - отрезал Реймунд.
- Да? Ты бы захотел садиться в карету только, потому что ее везут изумительные породистые кони? Учитывая, что потом вас обгонит французский «Бугатти», а?
- Пошли в мой кабинет, - произнес Рей, утомившись от перешептывания за спиной.
***
- Присаживайся, - приказал Реймунд, указывая рукой на облезлый стул, и упал в кожаное свиное кресло напротив стола.
Поражение подкосило его по-обычному теплый и добродушный нрав и сейчас перед Ником, восседал темный коршун, готовящийся к смертельному рывку.
- Я не потерплю, чтобы меня позорили перед моими подчиненными. Даже тебе, Николас.
- Папочка хочет меня наказать? – невозмутимо пролепетал Ник и заулыбался.
- Папочка хочет поставить тебя на место, да так, чтобы ты и не думал больше голосить на всю округу как устроена его страна самому презенту. Тебе ясно? – грозно спросил Рей и вцепился в подлокотник, что аж пальцы его покраснели.
- И что ты мне сделаешь? Я побитый ушибленный птенец, нуждающейся в ласке и заботе.
- Ты птенец, который в край здесь всем осточертел, Николас. На кой ляд ты треснул Шорсси?
- Потому что он обнаглевший козел, который подрывает доверие мастеров к моей персоне. Я конструирую поезда уже много зарей, и никто не смел пикнуть мне и слово, до тех пор, пока здесь не выступил Уоллис. Каждая уборщица теперь смеется надо мной, не говоря уже бригадирах и рабочих. И только из-за того, что я…
- Одаренный, - не дал ему закончить Реймунд. – Я знаю, знаю, что на тебя давят с этим, но…
- Давят?! – взревел Ник и вскочил со стула. – Меня гнобят, Рей! Надо мной смеются и глумятся. Что сделал отец, когда узнал, что я одаренный? А? Что он сделал?
Реймунд молчал. Он все прекрасно знал и помнил, но никогда они с братом не обсуждали тот злополучный день.
- Он всадил мне свой перстень прямо в лицо! Потому что знал кто я. И так мечтал, чтобы хоть на том свете его дорогому Рею досталось все лучшее, да?
- Перестань, Николас, - изрек уже спокойным голосом Реймунд и поднял пальца с подлокотника. – Я понимаю всю ситуацию и накал между тобой и коллективом, но все можно поправить.
- Это что дырка в носке, что ее можно легко подправить? - вымолвил Ник и начал суетиться из стороны в сторону, скрестив руки на груди. – Лучше бы у меня вообще этого дара не было! Может хоть тогда меня воспринимали бы серьезно, а не с погонью, как грязную собаку.
- Прекрати! – выкрикнул Рей и поднялся с кресла. - Я поговорю с коллективом. Еще раз, - он выдохнул. – И постараюсь решить вопрос. Уоллиса перекину на вторую смену и выпишу штраф. И тебе тоже.
- Засунь себе свой штраф в одно место, Реймунд! За сколько времени я должен предупредить тебя до увольнения? За месяц кажется? Вот считай в июле я сюда ни ногой. И мастерите поезда какие заходите и к «Кайзер» я не хочу иметь больше никакого отношения!
- Да кем бы ты был без нашей компании и без своего дара? Не награди тебя Бог благословением, ты давно валялся бы в помойном овраге, а не работал в одной из ведущих железнодорожных компаний.
- Кем бы я был?! – выкрикнул Ник, немного понурился и опустил глаза на разжавшиеся кулаки.
Ник свирепыми шагами направился к двери, заставив пол бездушно скрипеть, но слова брата преградили путь, как стена.
- Забери это, - произнес Рей, уже опустившись в кресло и кинув на стол часы «Радо».
Ник удивленно взглянул на беспомощную кругляшку и приблизился, чтобы рассмотреть ее. Блеск корпуса, украшенный бриллиантами, убедил, что вещица принадлежала ему.
- Откуда они у тебя? – натужно и без энтузиазма спросил Ник.
- Нашел около твоего кабинета, - изрек Рей и повернул голову на вишневый строгий шкаф будто там проскользнуло нечто интересное и завораживающее. – Забирай и убирайся отсюда.