Пророк механически протянул руку, чтобы помочь девушке встать. Ее ладонь легко легла в его. Тонкие пальцы, прохладная кожа. И видение, едва не сбившее его с ног.
…Юная гимназистка, спешащая домой по набережной. Две темные косы с бантиками и форма, которую он видел на старых фотографиях…
…Тонкие пальцы, скользящие по клавишам пианино в зале филармонии, построенной перед самом началом великой отечественной войны, и разрушенной в сорок третьем…
…Молодая женщина в объятиях офицера, танцующая под звуки вальса времен победы…
…Она же в платье, скроенном по моде шестидесятых, медленно бредущая по набережной…
— Благодарю, — незнакомка встала, отряхнула брюки и поправила волосы, после чего разорвала контакт, забрав ладонь. — Вы позволите?
Она протянула руку к сумке, которую журналист все еще держал, переживая потрясение от видения.
— Да, конечно, — он отдал чужую вещь и еще раз окинул девушку взглядом.
Она выглядела также как и в последнем видении. Может быть, только чуточку постарше. Арсений знал, что таланты среди одаренных встречаются разные, а аура незнакомки ясно говорила о том, кто она. Но что-то его все-таки смущало в увиденном.
— Еще раз прошу простить мою невнимательность, — улыбнулся мастер. — В качестве извинений могу угостить вас чаем.
— Боюсь, мне уже нужно идти, но спасибо за предложение, — она ответила мягкой улыбкой и обошла его, направляясь в сторону выхода с набережной.
Некоторое время мужчина смотрел ей вслед, борясь с желанием догнать и… Что? Навязаться в знакомые? Если бы женщина хотела продолжить знакомство, она бы приняла его приглашение. Он буквально заставил себя отвести взгляд от удаляющейся фигурки и зашел в ресторан. И только когда занял свободный столик и сделал заказ, понял, что его смутило в видении.
Партнером одаренной в форме офицера был Николай.
ДЕНЬ ЧЕТВЕРТЫЙ. Карина
Кажется, сегодня она выспалась впервые с того дня, как приехала в этот город. Наконец-то никто не звонил, ничего не случилось, Алена находилась под присмотром своего дяди, а сама Карина в тишине и уюте загородного дома Медведевых. Похоже, она соскучилась по ощущению легкой беззаботности.
Девушка лениво открыла глаза, перевернулась на спину и сладко потянулась всем телом, тут же глухо застонав от боли в мышцах. Отсутствие зарядки и нападение ненормальной сделали свое дело. Состояние мышц требовало немедленного вмешательства. Продолжая постанывать и ругаться от каждого движения, она сползла с кровати на пол и начала делать комплекс упражнений, разученный еще в Польше специально для таких случаев.
После зарядки, когда кожа покрылась испариной, а ноющая боль сменилась просто неприятными ощущениями, москвичка скинула импровизированную пижаму, состоящую лишь из просторной футболки, и направилась в душ. К счастью, мать Сашки любила комфорт, поэтому в доме у каждой спальни имелся свой санузел. Пятнадцать минут чередования горячей и холодной воды окончательно сделали ее живым человеком. Даже аппетит проснулся. Кажется, последний раз она ела вчера в клубе у Влада.
Вернувшись в спальню, Карина выглянула в окно, оценивая погоду, покопалась в сумке и извлекла оттуда джинсы и топ. Хорошо, что большинство вещей все же лежало на одной полке, и все они оказались в сумке при их спешной эвакуации из гостиницы. Теперь хотя бы не придется щеголять в халате по всему дому. Вряд ли, конечно, родители друга, знавшие ее с детства, осудили бы внешний вид, но почему-то теперь она значительно больше внимания уделала данному вопросу. Пожалуй, по возвращению в Москву, стоит сменить гардероб.
С мыслями о магазинах девушка спустилась на первый этаж. Загородный дом или дача, как его назвал Саша, был небольшим, но весьма удобным. Четыре спальни на втором этаже, кухня-столовая, гостиная, кабинет Михаила Юрьевича и гостевой санузел на первом. О помещениях ее спутник что-то рассказывал прошлым вечером, но она находилась не в том состоянии, чтобы внимательно слушать и вникать.
Одна из дверей оказалась открыта, оттуда доносились голоса и шел умопомрачительный запах еды. В желудке заурчало, одаренная вежливо постучала по косяку, остановившись на пороге кухни и оглядывая помещение.
— Доброе утро, соня, — Сашка, сидевший за барной стойкой, отделявшей кухонную зону от обеденной, обернулся к ней и приветливо улыбнулся.