— Незаменимых нет, — довольно резко оборвал его Арсений. Обычно хорошее настроение стремительно портилось.
— Возможно, — неожиданно легко согласился Рикардо, — но всем удобно, что я существую, и пока альтернативы нет, Совету придется мириться с некоторыми… издержками.
— Девушка, на которую ты напал в Польше, племянница пана Яцека. Сомневаюсь, что он захочет смириться с тем, что произошло с ней, если все узнает.
Они остановились у последнего перекрестка перед клубом Влада, откуда доносились странные волнения общего поля. Неужели он снова во что-то вляпался? Испанец явно почувствовал то же самое, склонил голову на бок, словно прислушиваясь, что-то прикинул в уме и произнес:
— Грязные политические игры не для тебя, пророк. Но попытка была хороша. Давай, вместе подумаем, что ты сможешь предложить мне за умолчание об очередной выходке Влада? Теперь, когда он является членом Совета, к нему применяется законодательство Европейской зоны. И ваш начальник безопасности уже не сможет с ним ничего сделать. А вот я смогу… Думаю, мы договоримся. Ведь так?
Мастер Времени удержал на лице невозмутимую гримасу.
— Давай сначала увидим, что там творится, а разговор продолжим уже в клубе. Думаю, он будет очень интересен.
Они завернули за угол и замерли, пораженные открывшейся сюрреалистичной картиной. Какие-то невообразимые монстры, одаренные в порванной одежде, искореженный асфальт, обломки железа и вывески, и исчезнувшая в воздухе девушка.
— Беру свои слова назад, — еле слышно выдохнул палач. — Даже у твоего отмороженного на всю голову друга не хватило бы фантазии на подобное представление.
— Пожалуй.
Наличие среди пострадавших Софии и Джозиаса делало сцену буквально фантастической. Будь все в порядке, оба мастера уже вкатали бы Влада в асфальт, а вместо этого они явно действовали сообща. И никаких претензий в Совет уже не будет.
— Что скажешь? — мастер Страха покосился на Арсения.
— Что нужно разобраться.
Пророк двинулся вперед, с легким облегчением наблюдая, как София и чех сцепились в традиционной перепалке. Все же в этом мире есть что-то постоянное. А вот то, что к клубу на бешеной скорости подъехал Бентли, а за ним машина МЧС уже совсем не радовало.
— Что здесь произошло? — спросил он, приблизившись к оставшейся группе одаренных.
ДЕНЬ ВТОРОЙ. Влад
Момент, когда София атаковала коротковолосую тварь, Влад пропустил. Его куда больше занимал откровенно сдающий охранник. Безусловно, Игорь не мог вызвать в подкрепление хотя бы парочку иллюзий для проверки. Нет, кукловоду понадобилось материализовать всех своих знаменитых теней, а потом отправиться в нокаут, в чем ему явно помогла Алена. Просто девочка-бедствие. Влад вновь развеселился. Почему-то такое злое веселье вперемешку с чешскими ругательствами помогало ему действовать наиболее эффективно в критических ситуациях. Единственная закономерность в его случайной жизни. В итоге валяющаяся где-то в ногах Мара, то ли убитая, то ли в отключке, его не волновала. Просчет? Возможно. Но когда на вас наседает куча озверевших монстров не до того, чтобы проверять каждое упавшее тело, если только это не твои союзники.
— Consummationem! — крик Софии все же вынудил его обернуться. Связанная Мара вновь налилась светом, а затем буквально взорвалась, взмывая вверх и скидывая опадающие путы. — Какого черта?! — Софию едва успел прикрыть от удара грек, подставляясь сам.
— Все зло от баб! — предельно раздраженный возглас Игоря снова отвлек его, пытающегося разорваться между охранником, Софи и лежащим где-то внизу греком. Излишне бледный иллюзионист утомленно опускался на асфальт, словно из него вынули стержень.
А Мара видимо решила развернуться. Коротковолосая, зависнув в нескольких метрах над землей, буквально высасывала энергию из подконтрольных ей творений, все больше обретая плотность и легкое фиолетовое свечение, каким продолжали полыхать ее полуприкрытые глаза.
— У деточки что, внеплановый обед? — пробормотал себе под нос Влад, рассматривая начинающих истончаться и таять только что нападавших иллюзий.
— Тогда мы закуска, — к чеху подошел охранник и пояснил: — С моей стороны никого не осталось.
И правда. Вокруг них остались не больше шести разнообразных иллюзий. Четыре тени и пара монстров из ужастиков, которые, перекатываясь, приближались к преграде, созданной Кариной. В то же время, облизнувшаяся Мара рассмеялась и исчезла, оставив после себя только шлейф.