— Salut, — Грег, наконец-то соизволил поздороваться, закончив осматриваться. — Ты неплохо устроилась, chérie.
— Да. Ты удивлен? — мастер Вероятностей опустилась в кресло, закинув ногу на ногу, и рассматривая своего визави. Она отметила, что француз напряжен. Неудивительно, но пока женщина не могла понять насколько чревато окажется подобное.
— Удивлен, что тебя не смутил вид из окна, — между тем, Грег отдернул занавеску, оглядывая клуб. — Впрочем, судя по тому, что меня едва пустили на этаж, даже в сопровождении охраны от русских, вы с Владом нашли общий язык.
— Это всего лишь охрана. — София нахмурилась. Женщина полагала, что, выполнив ночью священную миссию по доставке ее до дома, телохранители Влада должны были ретироваться. В крайнем случае, после появления человека Николая. Признаться, она сама несколько удивилась количеству человек, обитающих около ее двери, но совершенно не видела в этом какого-то сговора, хоть и не верила в серьезность идеи покушения на себя.
— Да, chérie, — француз медленно отошел от окна, провел раскрытой ладонью за ее спиной, почти касаясь еще влажных волос и наклонился к уху, щекоча мочку дыханием. — Всего лишь охрана? Скажешь, во всей этой ситуации нет ничего странного?
— Скажу, что ты перебарщиваешь, Грег, — мастер Вероятностей не шевельнулась, про себя отмечая, что француз явно в бешенстве. Плохо. Такого Грега она предпочитала избегать, ведь в подобной обстановке он забывал об их теплых взаимоотношениях и становился собой. Расчетливой, ядовитой змеей, готовой к броску. Правда отравиться можно было и просто находясь рядом.
— Ты права, — мастер Проклятий неожиданно легко отстранился, разрывая контакт. — Я перебарщиваю. Но мне нравится наблюдать как ты замираешь. В таком состоянии ты даже не злишься на Влада за самоуправство.
— Не думаю, что он причастен к инциденту со взрывом, а, следовательно, я могу доверять ему, — София выдохнула, давя раздражение. Чеху она еще раз выскажет свое мнение чуть позднее, ведь пережить несколько неприятных мгновений француз заставил ее только из-за него. В раздражённом состоянии он не терпел проволочек, а телохранители явно уточняли его личность у Влада или одного из начальников охраны. — К тому же он твой друг. Не доверяешь и ему?
— Я не доверяю никому, chérie, — мастер Проклятий устроился на диване. — Правда Влад явно не при делах, и думаю, и пророк здесь не причём. Не его подчерк.
— С чего ты вообще ищешь проблему в русских? — женщина закатила глаза. — Зачем их нам взрывать? Мотив? Что ты, что Влад порой говорите абсурд.
— Я не ищу проблему в русских, София, ты порой совершенно не желаешь понимать очевидного. Я пытаюсь вычеркнуть варианты. И русские напрашиваются сами собой. Они поселили нас в одну гостиницу, на один этаж в близкорасположенные номера. Словно бы одним ударом рассчитывали уничтожить как можно больше. — оскалился Грег. — Впрочем, это мог быть кто-то из нас.
— К чему ты так говоришь? — София медленно выдохнула, заставляя себя оставаться спокойной. Если она скажет лишнее, француз может окончательно разозлиться.
— К тому, чтобы ты перестала думать, что понимаешь ситуацию лучше всех.
— Я такого не утверждала.
— Утверждать не нужно, София, — француз повел плечами. — Ты даже не подумала о том, что это могут быть свои. Кого не было в гостинице, а chérie? Лючианы, Фридриха, Рикардо, Стефана и… тебя?
— Ты бредишь, — София покачала головой и, поднявшись, заходила по комнате, размышляя о том, что только что прозвучало. Больше всего ей сейчас хотелось выставить мастера Проклятий вон и погрузится в медитацию и расчеты. Тогда она смогла бы хоть что-то утверждать, но Грег появился раньше, чем она успела осуществить задуманное.
— Почему же? — француз усмехнулся уголком губ. — Некоторых, конечно, можно вычеркнуть сразу. Пана Яценка, например, или Лючиану. Она безусловно не столь безголова, как пытается порой притворяться, но подобное совершенно не в ее стиле. Да и наш обожаемый Стефан в пролете. Нас бы убило на подлете от попавшей молнии в самолет. Или внезапным землетрясением. Нет, Стеф тут не замешан. — Грег минуту помолчал. — Во всяком случае, пока я хочу в это верить, хоть и перепроверю информацию.
— Подозреваешь меня? — поинтересовалась София холодно. — А начинал ты с русских.