— Это что за херня? — с широко округлившимися глазами произнес я выглядывая из-за куста. Еще чуть-чуть я тоже брошусь без оглядки за тем подранком, следы которого мы ранее заметили.
— Блять! — выругался Скиф. — Уходим.
— Как уходим? А дядя Слава?
— Уходим я сказал. — Скиф сильно схватил меня за предплечье — Тут уже все.
— Подходим к указанным координатам — в динамиках рации раздался беззаботный голос Энлиля.
— Бегите! — только и успел произнести Скиф в рацию.
— Бегите! — услышали мы вопль Славомира, который почти сразу прервался мучительным спазмом.
С десяток существ бросились в нашу сторону, но я словно завороженный смотрел только в одну точку — на их предводителя. Что-то в нем было знакомым, но я никак не мог разобраться что.
Откуда-то из глубины души поднялась лютая и древняя ненависть к этому существу. Настолько она была сильна, что о побеге я даже не помышлял. Немедленно хотелось убить эту тварь.
«Уничтожить даже ценой собственной жизни» — всплыла неожиданная мысль. Мне ли она принадлежала?
В мою сторону полетели (о мой Бог) стрелы. Самые обычные, выпущенные из примитивного лука.
Я взмахнул рукой.
Глава 20
Тварь неотрывно смотрела в мою сторону и, кажется, в ее взгляде я заметил тревогу. Но, быть может мне показалось.
Темно-синяя кожа лица покрытая рунной вязью шрамов-татуировок, непропорционально маленькая голова с огромными полностью черными глазами, отсутствующим носом и едва заметной линией губ. Волос не было.
— Са’эри дэ’ви — противным шёпотом произнесло существо и сделало шаг назад, к Эриниевой жиле.
Похоже, что вступать в бой тварь была не намерена, чего не скажешь о ее друзьях… или это слуги? Скорее так и есть.
Стрелы, выпущенные с двадцати метров, я отразил стеной фирнового льда, возникшей из поднятого снега. Почти сразу, стена в ответ разразилась осколками, полетевшими в грудь атаковавшим тварям, более всего похожим на мифических гоблинов — мелкие проворные существа с кожей красного оттенка, огромным носом и такой же здоровой зубастой пастью усеянную мелкими клыками. Вооружены уродцы были небольшими луками и такими же недлинными копьями.
Четверо миньонов сдохло сразу, их грудь разорвало вонзившимися осколками. Но около десятка тварей имели что-то наподобие щита.
Я даже не сразу поверил, когда лед разлетелся крошевом словно наткнувшись на невидимую стену. Едва заметная мембрана, окружавшая прислужников, на короткий миг ярко вспыхнула и тут же угасла.
Пришлось повторить удар несколько раз, разметав весь лед что успел создать. Результат практически тот же, ни одного убитого. Пришлось снова стянуть снег и даже конденсировать воду из воздуха, когда в спину прилетело что-то. Дважды.
Едва устоял на ногах. Сформировав очередную порцию льда, я атаковал гоблинов, параллельно готовя удар по их предводителю. Где-то на высоте десяти метров сверху, прямо над Эриниевой жилой, уже формировался стилет из эликсирной воды, который вот-вот должен был принять форму Истинного Льда. Шкала сил проседала, но в пределах допустимого. Я потянулся за тюбиком эликсира.
«Почему так медленно?» — задался мыслью, понимая, что не успеваю сформировать плазма-лед.
Подохли две твари, прятавшиеся в провалах присыпавшись снегом. Именно они выпустили стрелы мне в спину. Снег, который они наивно полагали укрытием, превратился в ледяные иглы, которые мгновенно изрешетили их хрупкие тела. Задействовав восприятие, я просканировал пространство на расстоянии пятидесяти метров. Позади больше никто не прятался.
Щит еще троих миньонов удалось пробить, но врагов оставалась еще в достатке. Некоторые из красных коротышек видимо исчерпали запас стрел и пошли врукопашную. Я начал пятиться назад, бомбардируя щиты тварей ледяными осколками стараясь держать их на расстоянии.
В плече начало нестерпимо жечь. Захотелось почесаться. Еще через несколько секунд боя левая рука перестала меня слушаться и обвисла непослушной культей. Адреналин боя сразу пошел на спад. И впервые за долгое время я действительно испугался.
Одно дело, когда ты ослаб, истратив сознательно все силы до крупицы, а совсем другое, когда тебя отрезают от Истока. Я прям чувствовал, что Шкала сил и Скрипториум словно растворяются в моем воображении и с каждой секундой приобретаю все большую размытость. Я отдал последнюю команду что успевал, когда панель Истока превратилась в едва заметное пятно.
Атака!