С другой стороны поля к нам уже спешили маги: господин Роган, не заботясь о своем дорогом наряде, плюхнулся рядом с нами и с тревогой схватил Лин за руку.
— Вы целы?
— Да, спасибо, что спросили, — язвительно ответила я, краем глаза замечая, что Финн стоит неподалеку и с напряжением смотрит на меня. Подбежавшая Рини бросилась ко мне с объятиями и криком:
— Мелли, я думала, тебя размажет!
— Надеюсь, не расстроилась? — спародировала я ее, а Рини расхохоталась, как безумная, тиская мое тело.
— Эллария, — гневно крикнул Роган, беря Лин на руки. Та от шока испуганно крутила головой в разные стороны, и с ужасом всхлипывала. — Какого черта? Я же сказал: минимум силы!
— Извините, господин Роган, — наклонила голову Эллария, но вины в этом жесте не было абсолютно. — Я немного не рассчитала.
— Немного? — вмешался Говард. — Ты их чуть не убила!
— А тебе какое дело? Ты же их спас, — огрызнулась Эллария, нервничая. Флавия, пришедшая с конца поля, тихим голосом произнесла:
— Элли, ты поступила некрасиво.
— К декану, живо, — рявкнул Роган, поудобнее перехватывая Лин. — Занятие окончено. Говард, проводи Амеллин к целителям.
— Господин Роган, я могу вылечить Амеллин, — робко сказала Лин, которая явно не знала, куда деть свои руки.
— Помолчи, — с яростью произнес Роган, и широкими шагами удалился с поля, направившись в сторону госпиталя. Говард подошел ко мне, и помог подняться, бормоча извинения:
— Ты не запачкалась? Я не успел полностью сформировать купол, поэтому он получился слегка жидким.
— Нет, что ты, Говард. Спасибо тебе большое! — с жаром поблагодарила я, а Рини, прыгавшая рядом, чмокнула его в щеку. Говард покраснел, как помидор, и расплылся в широкой улыбке.
— Идем, — Рини потянула меня за руку, а я неосознанно осмотрелась в поисках Финна: его уже нигде не было. «Наверное, поспешил к Элларии», — с горечью подумала я, и сама испугалась: почему это меня так огорчает? Тряхнув головой, чтобы отогнать непрошеные мысли, я обратилась к Говарду:
— Спасибо еще раз. Если бы кнут Элларии не разбился о купол…
— А он и не разбился, — удивленно ответил стихийник. — Я создал купол, чтобы защитить вас, но убрал его сам. Кнут Элларии рассыпался из-за молний Финна.
Глава 9
В госпитале нас встретил улыбчивый парень с густыми бровями и шикарной шевелюрой цвета спелой ржи. Заглядевшись на волосы целителя, золотым ореолом сверкающие в свете ламп, я и не заметила, как оказалась в процедурной.
— Итак, где больной? — пошутил парень, осматривая нашу компанию.
— Вот она, Лекс, — пробасил Говард, ткнув в меня пальцем. — Упала на землю, потом на нее упал земляной купол.
— Земляной купол? — парень, которого Говард назвал Лексом, посерьезнел. — А почему он вообще над ней оказался?
— Купол я создал, — виновато пробурчал Говард. — Защищал от водяного кнута.
— А водяной кнут откуда взялся?
— Эллария атаковала, — поморщился Говард. Упоминание ее имени, видимо, вызывало у стихийника неприязнь.
— Ридли? — вздернул брови вверх Лекс. — Так ты — та самая Одаренная, что обнималась с Финном на вечеринке первокурсников?
Я покраснела. Рини, с интересом разглядывающая бутылочки и баночки на полках, обернулась и заявила:
— Я тоже Одаренная. Нас всего две во всей академии.
Лекс мелодично рассмеялся, и встал из-за стола.
— Какие жалобы?
— Правое плечо болит немного, — сказала я, отчего-то нервничая. Лекс приблизился ко мне, и положил руку на основание шеи, прикрыв глаза, а я покраснела еще сильнее. Рини присвистнула, и, схватив Говарда за руку, потащила из кабинета, бросив на ходу:
— Мы в коридоре подождем. А ты не торопись.
— Небольшое растяжение, сейчас подлечим, — подмигнул мне Лекс, а я собралась спросить, как меня будут лечить, как вдруг почувствовала это: удивительное тепло, кругами расходящееся от ладони целителя, пробиралось в каждую клеточку моего тела, устраняя боль и усталость. Даже смущение и страх куда-то подевались: мне было так хорошо, хотелось прикрыть глаза и ни о чем не думать, просто сидеть вечность, кутаясь в мягкой неге…
Внезапно все прекратилось. Лекс, не убирая руки с моей шеи, участливо спросил:
— Не болит?
— Нет, — изумленно ответила я, прислушиваясь к ощущениям.
— В первый раз так лечишься? — по-доброму улыбаясь, спросил целитель. Я кивнула, и отвела взгляд в сторону: смотреть на Лекса почему-то было тяжело — он будто ослеплял меня, как солнце.