Из аудитории мы вышли совершенно измученные. Господин Кравель все время требовал думать и отвечать, сыпал бесконечными вопросами, и параллельно с этим нужно было записывать все, что он говорил.
— Это невозможно, — жаловалась Рини, вися у меня на руке. — Надеюсь, это последнее занятие?
— Нет, — я глянула в расписание, которое обновлялось каждый день. — Сейчас у каждой группы индивидуальное занятие согласно природным способностям.
Наша с Рини группа состояла из двух человек — она и я, поэтому мы уставились друг на друга, размышляя, кто будет нашим преподавателем. Как ни странно, им оказался господин Фаулз.
— Скажи сразу, занятия как такового не будет, — проговорил он, войдя в кабинет. — Я дам вам задание, которое нужно выполнить за неделю. Вы, Рини, должны суметь полностью скопировать человека. Любого, какого выберете, но лучше кого-то из преподавателей.
— Но…, — начала было Рини, но Фаулз поднял руку вверх, призывая ее замолчать.
— Я знаю, что вы можете принять облик госпожи Арабеллы. Но этого мало — вы должны не только выглядеть как она, но и двигаться, говорить и жестикулировать как она. Поэтому внимательно изучить особенности поведения и мимику понравившегося вам человека. В конце недели вам нужно будет притвориться им, и убедить остальных преподавателей в этом. Если провалитесь, и кто-то из моих коллег поймет, что это вы, я поставлю вам незачет.
Рини умолкла, надувшись и смотря в пол. Взгляд господина Фаулза перешел на меня.
— Теперь вы, Амеллин. Скажите, на каком расстоянии должен находиться цветок, чтобы вы могли использовать свой Дар?
— На близком, — ответила я.
— В пределах комнаты? — спросил преподаватель, и, получив положительный ответ, довольно потер руки. — Ну что же, ваша задача — увеличить дистанцию. Попробуйте поговорить с растением, которое будет находиться в комнате вашей соседки. К сожалению, проверить это я не смогу, но надеюсь на вашу добросовестность. Итак, встретимся через неделю.
С этими словами Фаулз покинул аудиторию.
— Какое быстрое занятие, — отмерла Рини. — Вот бы все такими были.
Я в панике уставилась в окно. Понятия не имею, как усилить свой Дар! Я могу слышать растения, только если прикасаюсь к ним, и то не всегда! Что же мне делать?
— Тренироваться, — ответила Рини, а я с изумлением осознала, что говорю все это вслух. — Ну а сейчас готовиться к вечеринке.
На день рождения Флавии мы опоздали — Рини сначала долго копалась в платьях, потом настаивала на том, чтобы сделать мне прическу, потом заставила меня перемерить пять нарядов. В итоге ее стараниями я стала похожа на сказочную принцессу — распущенные локоны красиво завивались на концах, голову венчал ободок, украшенный цветами из серебра, а тело облегало одно из лучших платьев — дымчато-серое, с вставками из тусклого золота. Открытые плечи приятно освежала вечерняя прохлада, пока мы шли к дому Лин, а Рини, позаимствовавшая одно из моих платьев — темно-зеленое, классического кроя, вслух продумывала наш план по внедрению в стан врага.
Внедряться нам не понадобилось — Эллария просто не пришла. Зато мы познакомились с загадочной Фелисити — невысокой брюнеткой с фиалковыми глазами. Стройная и подтянутая, в ошеломительном платье из блестящей ткани, соседка погибшей Эдны произвела на нас самое благоприятное впечатление.
— Вы Одаренные, ведь так? — с улыбкой спросила Фелисити, подходя к нам. — Зовите меня Фели. Рада познакомиться.
И все — никакого пренебрежения, никаких ухмылок или подколок. Мы с Рини сразу расслабились, поздоровались со всеми присутствующими — было всего двенадцать девочек, большинство — наших однокурсниц, и вручили подарок Флавии.
— Эханрея? — изумилась именинница. — Вы серьезно? Спасибо огромное! Но где вы ее достали?
Мы с Рини переглянулись, пребывая в легком недоумении от визгов Флавии. Остальные присутствующие смотрели на нас так, словно мы собственноручно только что убили дракона, и чуть ли в ладоши не хлопали.
— Нам друг помог, — ответила я.
— Хороший друг, — сказала Фелисити, и по губам ее скользнула загадочная улыбка. — Эханрея стоит целое состояние.
Я взглянула на невзрачный пузырек и усомнилась в словах Кронмор. Так уж и целое? Наверняка не дороже тысячи золотых диреев…
— Миллион диреев, — продолжила Фели, а я икнула от испуга. Если мне не изменяет память, это доход отца за три месяца. И Лекс отдал нам эханрею просто так?
На Рини сумма тоже произвела огромное впечатление. Подруга слегка подзависла, видимо, прикидывая в уме, что можно купить на миллион диреев. Выходило, что много, поэтому она повернулась ко мне со словами: