Выбрать главу

— Думаю, нет, — ответила я, собравшись с силами. — Я могу помочь тебе с уборкой.

— Хорошо, — кивнула Рини. — Как тебе форма?

Форму я нашла в шкафу — обычная короткая мантия серого цвета. Насколько я успела заметить, в таких же мантиях ходили и остальные студенты: некроманты — в черных, стихийники — в синих, целители и зельевары — в зеленых.

— Обычная, — пожала я плечами. — Помочь с вещами?

— Нет, — махнула рукой Рини, — у меня их мало.

— Если тебе что-то нужно, я могу одолжить, — предложила я.

— У меня нет денег, — еще больше нахмурилась Рини. — Я из бедной семьи, так что я не смогу…

— Ничего не надо, — оборвала ее я. — Мы же теперь соседки, да еще и единственные одаренные. Должны помогать друг другу.

— А ты права, — вдруг улыбнулась Рини, сверкнув белыми зубами. — Давай за уборку.

Весь следующий час мы приводили дом в порядок, энергично орудуя тряпками. Занимаясь делом, я узнала, что семья Рини и впрямь бедна — мама умерла, оставив пятерых детей, и отец изо всех сил пытается содержать братьев и сестер Рини.

— А я одна в семье, — сообщила я. — Но моя мама тоже умерла.

Тут я загрустила, вспомнив ласковую улыбку и теплые руки. Моя мама была из одаренных — могла управлять погодой, и погибла от удара молнии в сильную грозу. Отец — богатый купец, не обладающий магией, искренне считал, что ее погубил Дар, и слушать ничего не хотел о моем поступлении. Однако после многочисленных уговоров он все же уступил мне, взяв обещание, что я сразу вернусь домой, если что-то пойдет не так. Делать этого, я, конечно, не собиралась — слишком сильна была мечта работать дознавателем, а сделать это можно было, только закончив академию.

— Сочувствую, — Рини выпрямилась и бросила тряпку в ведро. — Вроде закончили.

Дом и впрямь блестел нашими стараниями. С удовольствием разглядывая натертые полы и чистые полки, мы повалились на диван — день выдался тяжелым и насыщенным.

— Где там куратор? — почесав затылок, лениво протянула Рини. — А то мы даже не знаем, куда завтра идти. Надеюсь, много занятий не будет.

— А я надеюсь, что будет, — мечтательно посмотрела я в потолок.

— Слушай, — Рини села ровно и с интересом уставилась на меня. — А ты и правда учиться приехала?

— Конечно. А зачем еще?

— Ну, — она вдруг смутилась и пояснила: — Замуж выйти.

Пару минут я смотрела на нее, а потом расхохоталась. Замуж! Как же я сразу не поняла — в академии шансы на счастливое замужество в разы возрастают, поскольку тут учится много богатых и молодых парней. А Одаренных никто в невестах видеть не хочет — слишком велик шанс, что ребенок унаследует какой-нибудь бесполезный Дар.

— Нет, — отсмеявшись, ответила я. — А ты?

— А я — замуж, — улыбнулась Рини. — С завтрашнего дня начну охоту на красивого и богатого герцога.

— Думаешь, тут такие есть? Обычно они все в Уплене.

— Есть, — загадочно произнесла Рини.

Я еще раз посмотрела на нее: глаза — хороши, синие, как сапфиры, и волосы прекрасны, черные и густые, как ночь. В остальном Рини казалась обычной — худенькая девушка с узким подбородком, недовольно поджатыми губами и крупноватым носом. Не красавица, но и не уродина.

— Как хочешь, — пожала я плечами. — Но меня парни не интересует. Я хочу закончить академию и работать дознавателем.

— Ловить преступников?

— Помогать людям, — поправила я, и добавила: — Надеюсь, куратор поможет нам в учебе.

— Ага, — фыркнула Рини. — Если явится.

После этих слов дверь в дом распахнулась настежь, изрядно нас напугав. Подпрыгнув от неожиданности, мы уставились на молодого парня, по-хозяйски прошедшего в гостиную.

Глава 3

— Здравствуйте, — отмерла я первой. — Вы — наш куратор?

— К сожалению, — буркнул парень, небрежно проводя рукой по темным волосам. Голубые глаза, сощурившись, недобро смотрели на нас, а напряженная поза свидетельствовала, что брюнету явно не по себе. — Вы Одаренные?

— Да, — с достоинством произнесла Рини. — Меня зовут Рини, а это — Амеллин.

— Мне все равно, — перебил ее парень. Опешив от такого хамства, я открыла рот и негодующе уставилась на него. Да, он красив и широкоплеч, и, судя по синей мантии, стихийный боевой маг, но это не дает ему права так выражаться. Очевидно, Рини подумала то же самое, поэтому недовольно буркнула: