— Я думаю, это шрам Финн поставил осознанно. В столовой он сказал, что прекрасно контролирует магию, а током меня ударило за пару секунд до этого. Ему нужно было втереться мне в доверие, а как лучше всего это сделать? Притвориться до смерти влюбленным.
— Да? А почему тогда ожог не заживает? А по поводу Балларда… Мы все равно поженимся. Главное то, какой выбор он сделает.
Тут я растерялась. И вправду, почему? Если это не проявление чувств, то ожог должен зажить.
— Наверно, мало времени прошло, — предположила я. — До бала осталось часа четыре. Ты подготовила вещи для похода в лес?
— Ага, — кивнула Рини и села на диване. — Все в сумке. Кстати, я пригласила к нам Лин, Флавию и Лили. Вместе наряжаться веселее.
— Я не против, — крикнула я на ходу, идя в ванную. — Буду через двадцать минут!
Когда я вышла, девочки уже собрались в гостиной, что-то весело обсуждая.
— О, наконец-то, — заулыбалась Лин. — А мы гадали, скоро ты или нет. Посмотри на мое платье!
Розалин вытянула на руках светло-зеленое платье из тонкого шелка с пышной юбкой и тугим корсетом, отделанным золотистыми узорами в виде цветов.
— Красивое, — похвалила я. Все наперебой начали демонстрировать свои наряды: Флавия — прекрасное сиреневое бальное платье с длинным шлейфом, Лили — наглухо закрытое черное узкое платье с серебристым поясом, а я впервые задумалась о том, в чем же пойти на бал.
— Вот твое платье, — ткнула Рини пальцем в что-то на диване. Присмотревшись, я ахнула: серебряное платье из переливчатой невесомой ткани скромно лежало на спинке. Расправив наряд, я с удовольствием оглядела рукава в три четверти, скромный вырез и изящную отделку сверкающими камнями. А потом нахмурилась.
— Рини, откуда это платье? У меня такого не было.
— Финн прислал, — махнула рукой подруга, доставая свой наряд — темно-синее строгое платье в пол с тонким поясом и пышной юбкой из шифона. — Умоляю, только не говори, что ты его не наденешь.
Подобные мысли у меня были, но, взглянув еще раз на переливчатое чудо, я напрочь выкинула их из головы.
— Надену.
— Вот и славненько, — пропела Рини, причесывая Лин. Буйные кудри целительницы никак не хотели укладываться, и Рини здорово злилась, дергая расческу. — Первое впечатление самое важное.
— О чем ты? — спросила Флавия. — Ведь они с Финном не в первый раз видятся.
— Так на балу соберутся все сливки общества, — плюнув на непокорные кудри, Рини принялась закалывать их шпильками. — Алисия и Вулфрик Дегросс тоже будут.
— Кто это: Алисия и Вулфрик? — вяло поинтересовалась я, и тут же вспотела. О Боги, да это же…
— Родители Финна, конечно, — заулыбалась Рини. — Как раз и познакомитесь.
Ну да, конечно. «Только этого не хватало», — в отчаянии подумала я. Готова поспорить на что угодно, родители Финна не придут в восторг, увидев рядом с сыном Одаренную.
***
Ровно в девять я под руку с Финном гордо входила в главное здание, холл которого был переделан под бальную залу. Колонны, помимо вьющихся растений, были украшены лентами и блестками, вдоль стен расположились миниатюрные столики и диванчики, лестница обзавелась ковровой дорожкой.
У подножия лестницы появился декан Фабиус с торжественной речью, и бал начался. Следующие два часа пролетели незаметно — я пила вино, смеялась, танцевала с Финном и болтала с Рини. Пару раз мы менялись кавалерами для танца, один раз меня пригласил Чарльз, а Рини — Энтони. После танца с ним подруга стала задумчивой и невеселой, а я вот я была на седьмом небе от счастья. Финн не отходил от меня ни на шаг, и мы не только веселились, но и разговаривали: об академии, его планах на будущее, и обо всем, что можно было представить. Пару раз я вспоминала о родителях Финна, но, к счастью, они задерживались в пути, и мы вместе с Рини и Говардом спокойно встали у одного из столов. Пока мужчины отлучились, чтобы принести нам сладкое вино, Рини шепнула:
— Слушай, я сбегаю домой.
— Зачем? — занервничала я. Оставаться без поддержки не хотелось. Появления родителей Финна я ждала больше, чем раскрытия тайны, и жутко волновалась.
— Забыла кое-что в сумку положить. Вернусь через двадцать минут. Займи пока Говарда чем-нибудь.
Прежде, чем я успела возразить, Рини зашла за бархатную штору, а потом и вовсе исчезла, воспользовавшись кольцом. Я только вздохнула, поворачиваясь лицом к залу, и внимательно оглядела присутствующих: не заметил ли кто фокусы подруги?
— Держи, — подошедший Финн всунул мне в руки бокал, и недоуменно завертел головой: — А где Рини?
— Отошла домой. Забыла надеть сережки, и решила сбегать, — пояснила я больше Говарду, чем Финну. Мужчины кивнули, а через минуту к нам присоединился Энтони. Не найдя Рини, он вопросительно уставился на меня, а я отвернулась. Захочет — спросит. Энтони промолчал, начав светскую беседу с Говардом. Слушала я вполуха, так как ничего нового декан не сообщил, зато постоянно осматривалась в поисках предполагаемых будущих родственников. Финн, заметивший мое волнение, тихонько прошептал, касаясь губами моего уха: