На лице Иссея был шок. Теперь он вспомнил, что когда-то говорил ему Призрак Спарты о камне. Вот, значит, откуда берётся вся та сила…
— Прости, но я не понимаю смысла твоих слов, — стараясь быть спокойным, сказал Иссей. — Да, мне не по себе оттого, что души убитых засунули в какой-то камушек, но ты должна сама понять — мы обязаны вернуться в свой родной мир.
— Да как ты можешь такое говорить?! — вконец рассвирепела Ирина, посмотрев на брюнета диким взглядом. — Убийство — это грех! Я не хочу брать на себя огромный грех! Души должны попасть на суд Божий, а потом уйти либо в Рай, либо в Ад — смотря, чья часа весов будет больше.
Иссей что-то тихо пробубнил, после чего усмехнулся и махнул рукой на девушку, дескать: ху*ню несёшь. Подобная реакция напрочь всколыхнула Шидоу. Настолько к ней ещё никто не относился. Она тут, понимаешь ли, пытается вразумить юношу, наставить его на путь истинный, а тот продолжает вести себя так, будто всё норм.
— ХВАТИТ УЖЕ!!! — сорвалась в сердцах Ирина, сжав кулаки и поднявшись в полный рост, гневно глядя на макушку цветом шоколада. — ТЫ ВЕДЁШЬ СЕБЯ СТРАННО! ЛЮДЯМ НЕЛЬЗЯ ГРЕШИТЬ! МЫ ВСЕ ДОЛЖНЫ…
— А кто сказал, что я человек? — вкрадчиво произнёс Иссей.
Шидоу осеклась, наблюдая, как брюнет поднимается. В следующую секунду Хёдо обернулся и поглядел на Ирину. Как и в прошлый раз, его глаза стали алыми, и левое око начинало сливаться с лампасом на щеке. И этот взгляд начинал пугать её. Ирина ведь и не знала, за что юношу иногда опасался Эдвард. Взгляд алых очей пробирал душу, и казалось, что они начинают читать всё, что написано в тебе.
— Сейчас я человек, а когда-то был таким же, как свои друзья из моего мира, — говорил Иссей холодно, чеканя каждую металлическую нотку. Кожа Ирина на руках и на теле стала гусиной. — Раньше я тоже думал, что грешить нельзя, поскольку причинять кому-то боль или поступать своевольно считаются плохими поступками. Но чтобы ты сделала, если бы на твоих глазах начали мучить Зеновию, потом сорвали с неё одежду, изнасиловали жестоко, а после забрали с собой, а ты в это время не могла сделать ничего?
Ирина открыла рот и тут же закрыла его, опустив голову. Сколько же смысла и правды было вложено в слова? Хёдо говорил это так, будто однажды сам подобное прошёл. Она не знала, что на глазах юноши его любимую девушку заставили испытать унижение, втаптывание в грязь, грязные касания, а после потеря всех друзей. Шидоу была наивной только потому, что училась в Школе Экзорцизма и не знала, насколько жестокой может быть реальность.
— Вот видишь, — мрачно улыбнулся Иссей. — А ты говоришь: «Нельзя грешить!». Человеку ничего не нужно, кроме Божьей веры — это твои слова. Я бы посмотрел на тебя, если бы у тебя забрали твою лучшую подругу и убили её.
Девушка задрожала, не смея поднять головы от такого напора содержания тёмных слов, однако бывший демон был непреклонен и продолжал:
— Боль притупилась бы, но не исчезла. А всё потому, что потеряв самое дорогое по своей вине, ты будешь винить только себя. Поэтому если ты собралась верить в Бога, то необязательно это делать в церквях и школах экзорцизма.
Иссей прижал свою руку к груди.
— Это нужно делать здесь. И если твоя вера сильна, ты сможешь идти дальше, несмотря ни на что. А пафосные слова, огонь в цитатах, ярость в глазах и прочее-прочее-прочее — муляж! Не всегда, но зачастую приходится грешить, чтобы стать счастливым.
Цвет глаз Иссея вновь сменился на карий, и юноша, отвернувшись, приземлился у костра, продолжая хлопать ею по оголённым углям. Нечасто его выводят до такого состояния. Тем более брюнет не ожидал, что наставления Ирины-чан дадут обратный эффект.
Шидоу решила больше не лезть на амбразуру. Она поняла, что была неправа и не стала продолжать гнуть свою линию. Бывший демон был целиком и абсолютно прав. Она повернулась и собралась идти спать, как…
— Какого?
— Ну, что ты там ещё придумала? — хмуро спросил Иссей.
— А… Куда подевались ниндзя Ксинга? — ошалела Ирина.
Услышав это, Хёдо подскочил и посмотрел в сторону повозки и сторону стрёма. Ни Яо, ни Ран, ни Фу нигде не было. Троица пропала бесследно, словно их тут и не было.
— Вот как. Видно, услышали про сырьё для философского камня и скрылись, — процедил Хёдо.
— Они обманули нас! — погрустнела Ирина, продолжая сжимать кулаки. — И зачем мы им поверили?
— Ладно, утро вечера мудрее. Не забивай этим голову и ложись спать. Я всё равно страдаю бессонницей, так что можешь не беспокоиться о моём здоровье.
Шидоу кивнула и медленно поплелась к своему месту снобичевания. Хёдо присел в позу лотоса и костра и подкинул ещё хворосту. Иссей был зол сам на себя за то, что поверил чужим шиноби.
— У-а-у! — зевнул Линг, плетясь за остальными. — И зачем было меня будить? Только потому, что вы узнали о сырье камушка?
— Да, молодой господин! — сияла радостью Ран, довольно кивнув. — Мы услышали разговор Иссея и Ирины, после чего разбудили Вас.
— Что-то мне не кажется эта идея разумной, — разочарованно вздохнул Фу, следуя к Кроксу. — Быть может, лучше бы мы остались вместе с ними? Понимаю, камень у гомункула может быть один, но всё же.
— Не это главное, — улыбнулся Яо и догнал своих подчинённых. — Раз уж сырьём являются люди, то мы не будем рисковать. Если Грид не расскажет о философском камне, в чём я сомневаюсь, то создадим его сами. Среди нашей Империи Ксинга есть молодые алхимики, изучающие рентанджитсу. В тюрьмах много виновников, совершивших страшные преступления. Пускай их души пойдут на пользу.
«Господин, Вы невероятно жадный!» — думала Фан, а на щёках появился заметный румянец. — «Но мне это нравится! Несмотря на то, что Вы молоды, от Вас так и веет шармом. Именно поэтому я Вас и…»
— Стоять!
Старик резко перегородил дорогу, остановив Линга и Ран. Молодой принц хотел было выругать седовласого шиноби за то, что тот напугал его неожиданностью, как вдруг прислушался к течению ки. Он сразу понял, что рядом течёт ещё одна, но уже нечеловеческая.
Затем троица услышала смешок, а в темноте блеснула пара фиолетовых глаз. Раздалось кашлянье, и в зоне видимости появился пожилой мужчина в офицерской форме, обдав шиноби резким порывом ветра. По погонам появившегося сразу же узнали фюрера Аместриса: повязка на глазу, добрая улыбка и руки за спиной. Рапира покоилась в ножнах на поясе.
— Я… Я знаю их, — выдохнул Линг и, дав команду товарищам приготовить оружие, обнажил ятаган. — Это гомункулы!!!
— Хе-хе! Молодой человек, Вы очень остроумны! Особенно в свои пятнадцать, — добродушно посмеялся Расс. — Не соизволите ли ответить на несколько вопросов?
— Значит, Кинг Брэдли, фюрер Аместриса — гомункул? — нахмурился Фу. В его руках заблестел кунай при помощи ки.
— Вы недаром зовётесь могущественным народом в использовании холодного оружия и изучении ниндзюцу. Вы легко распознаёте врага по движению ки, чем и являетесь опасными противниками. Хе-хе! Я благодарен вам за то, что вы сами пришли к нам в руки.
— ВЫ НЕ ПОЛУЧИТЕ МОЛОДОГО ГОСПОДИНА, ЯСНО ВАМ?! — закричала Ран и кинулась было в сторону гомункула, как перед ней резко упало двустороннее копьё, одна сторона которой была острой и прочной, как алмаз, а другая состояла из яркого фиолетового кристалла.
— Потише со словами, девочка, — послышался очень красивый женский голос, и силуэт во тьме улыбнулся. — Особенно с ненужными движениями.
Копьё исчезло и появилось в руках обладательницы чудесного голоса, после чего показалась и она сама, спустившись на двух чёрных крыльях с верхушки высокого дерева. Из одежды на ней была чёрная рубашка без рукавов и чёрная свободная юбка чуть выше бедра. Ниже колен были чёрные носки, а обувью послужили чёрные кожаные с очень низким каблуком. Оголённые плечи так и сияли фарфоровым блеском, скрывая часть рук от локтей и до ладоней чёрными обрезанными рукавами. Чёрные волосы цвета вороньего крыла рассыпались за спиной её осиной талии.