Спальня родителей оказалась самой светлой — с огромной кроватью с серым покрывалом, белым комодом и балконом, выходящим во двор. Мама сразу развесила на окнах свои шторы, чтобы стало «по-домашнему».
Кухня была маленькой, но с новым холодильником и даже кофемашиной. Вид из окна открывался на пустырь и кусок леса, за которым начинался микрорайон.
Я открыла чемодан, разложила одежду по полкам, села на край кровати. Неуютно было не из-за комнаты, из-за города. Но, возможно, это поправимо. Понадобится чуть больше времени, но это всё мелочи.
Вытащив мобильник, я набрала Матвея.
— Эй, ты там как, москвичка? — послышался его голос, и я улыбнулась.
С Матвеем мы познакомились около года назад. Нет, точнее, мы всегда знали друг друга — учились в параллельных классах, но тесно не общались. Именно отношения начались не так давно. Нас свела моя подруга Геля, которая потащила меня на выступление какой-то группы.
Там-то я и узнала среди барабанщика своего знакомого. Матвей открылся мне с неожиданной стороны. Раньше казалось, что он – ботаник, который учится в физико-математическом классе. Светлые волосы, зелёные глаза и очки. Он и до того дня казался мне симпатичным, а после выступления я поняла, что сердце предательски трепещет из-за него.
Первая влюблённость, гормональный фон — всё смешалось в идеальный коктейль, от которого кружилась голова. Я помню, как тогда смотрела на него из зала: он был в чёрной футболке, с растрёпанными волосами и каким-то невероятным внутренним драйвом. Бил по барабанам так, будто ему было всё равно на мир. И именно в тот момент я поняла, что знаю его совсем не так, как думала.
После концерта он сам ко мне подошёл, слегка смущённый, с улыбкой, будто извиняясь за свою внезапную харизму. Мы болтали почти до утра. Геля ушла раньше, а я осталась, не в силах оторваться от него. Он шутил, я смеялась, и всё это казалось каким-то фильмом, в котором я впервые не статист, а главная героиня.
С тех пор всё и завертелось. Сообщения до глубокой ночи, переписка на уроках, секретные встречи после школы. Матвей оказался совсем не тем, кем его считали.
Да, он всё ещё учился блестяще и был влюблён в физику, но в нём была какая-то внутренняя глубина, которую мало кто замечал. Он любил музыку, книги, разбирался в артхаусном кино и с серьёзным лицом рассказывал, почему Достоевский «пережёвывает душу лучше любого психолога».
Я влюбилась в него не сразу. Точнее, сначала влюбилось тело — с трепетом в груди, жаром в щеках и постоянным ожиданием. А уже потом — голова.
— Всё норм, — отозвалась я и невольно протянула руку к окну, ловя лучи солнца на пальцах. — Только странно как-то. Всё новое.
— Ты там, если что, не забывай, что я к тебе приеду, — произнёс он, и я услышала, как он выдохнул. — Как только будет возможность, сразу.
— Знаю, — улыбнулась я. — Я просто скучаю.
— Я тоже. Сильно.
Мы немного поболтали, и мама заглянула ко мне с просьбой сходить в магазин. Я слышала, как с кухни доносятся звуки готовки — значит, вот-вот будет ужин.
Конец августа радовал своей шикарной погодой. Тёплый вечер дружелюбно лизнул открытую кожу, когда я выбежала из подъезда. Судя по карте, супермаркет совсем рядом.
Воткнув наушники, я неспешно пошла в сторону магазина, раздумывая над тем, как буду добираться до школы. Где она вообще? Надеюсь, хотя бы автобус будет без пересадок.
Вернувшись домой с покупками, я поставила пакеты на столешницу.
— Алиса, давай дуй мыть руки и за стол. Всё почти готово!
Умывшись, я переоделась в домашнюю футболку и широкие штаны, и уселась вместе с семьёй на кухне. Мама раскладывала пюре и куриные ножки по тарелкам, а папа расставлял их перед нами.
Сеня и Егор, как обычно, устроили словесную перепалку, как два непоседы. Мне казалось, что кризис у этих двоих должен пройти после десяти, но куда там. Похоже, покладистый характер достался исключительно мне.
За столом послышался звук приборов и тихое жужжание включённого телека на стене.
— На выходные нас пригласил мой начальник к себе в гости, — наконец отозвался папа.
— Ух ты, как здорово! — искренне воскликнула мама.
— Можно, я не поеду?
На меня устремились все взгляды за столом.
— Почему? — поинтересовался папа, потянувшись к пакетированному соку из магазина.
— А что мне там делать? Это ведь твой начальник, вы там соберётесь взрослой компанией и будете обсуждать всякие свои дела. Могу с мелкими посидеть, чтобы вам не мешать и самим не скучать.