Молчание убивало хуже любых слов. Оно оставляло меня одной с собственными демонами, и каждый шептал: «Ты виновата. Ты всё разрушила. Ты сама его потеряла».
Иногда я ловила себя на том, что вслух проговаривала:
— Матвей, пожалуйста… ну пожалуйста…
В голове даже созрел план сорваться, бросить школу и приехать к нему, чтобы объясниться, но я не могла себе такого позволить. Родители ни за что не поймут меня, а портить отношения ещё и с ними, было не лучшей идеей.
В один из вечеров я не выдержала. Подошла к Саше и на выдохе, с болью в груди произнесла:
— Можешь… дать мне на минуту телефон? Только на минуту, я клянусь.
Саша не задавала вопросов. Просто молча протянула мобильный, наверное, по лицу поняла, что я не успокоюсь. Пальцы дрожали, когда я наизусть набирала номер и нажимала на вызов.
— Алло? — голос, такой знакомый, но теперь словно чужой…
Я замерла.
— Матвей, это я… пожалуйста, выслушай меня…
— Алиса? — тон голоса сжал мне горло сильнее, чем руки Леврана. — Ты серьёзно звонишь мне? После всего?
— Это не так, как кажется… Пожалуйста, мне нужно тебе объяснить, я не… — слова слипались, а сердце било в висок.
— Остановись. Просто остановись, — в голосе не было крика. Только отрезающая холодность. — Я знал, что с этой школой что-то не так. Но не думал, что настолько. Знаешь, я действительно верил тебе, до самого последнего. А потом получаю это видео…
Небольшая пауза, а потом голос стал ниже и яростнее.
— Видимо, в вашей элитной школе учат, как стать элитной шлюхой. Поздравляю, ты сдала на отлично.
Мне стало нечем дышать.
— Матвей… — прошептала я. Это было не оправдание. Просто жалкая попытка хоть что-то сказать.
— Знаешь, — продолжил он. — Даже не пытайся мне ничего объяснять. Мне достаточно того, что я видел. Я не слепой. И ты больше не часть моей жизни.
Гудок. Один. Второй. Он сбросил. И я уже знала, что навсегда.
Саша молча забрала телефон, и я только кивнула, будто всё в порядке.
Но в груди, где раньше было сердце, теперь зияла пустота. Это была даже не боль, а просто холод. Словно я больше не жила, а просто существовала.
Когда боль стала невыносимой, я поймала Леврана. Добившись своего, он, естественно, снова ушёл в тень, наблюдая за тем, как его жертва медленно сходила с ума.
Схватив его за руку, я потащила его на цокольный этаж, где он зажимал меня однажды.
— Добился своего? — Я не могла сдержать слёзы. — Ты больной ублюдок. Если ты всерьёз думаешь, что у тебя получится сломать меня — ошибаешься!
Я говорила то, во что сама не верила. Данис уже ломал меня. За такой короткий срок он сумел настолько испортить мою жизнь, что я не поняла, как это произошло.
Неожиданно он притянул меня к себе: одной рукой удерживая за затылок и заставляя прижаться к его груди, а другую положил на талию. Его сердце билось так сильно, что я замерла, даже слёзы перестали катиться.
— Думаешь, кто-то другой выдержит тебя? — прошептал он. — Я — да. Никто больше.
Мир качнулся. Я не сразу поняла, что всё ещё стою. Что он держит меня. Что не давит, не кусается, не шепчет гадости.
— Ты слил видео Матвею, — прошептала я, подтверждая свои догадки. — Это сделал ты.
— Да, — голос был удивительно честным, без оправданий.
Я оттолкнула его. Изо всех сил, но всё равно не могла уйти.
— Ты чудовище.
— Возможно, — он чуть склонил голову. — Но только рядом с тобой я чувствую себя живым.
Тишина опустилась на плечи. И я поняла, что он не просил прощения, потому что просто не умел этого делать. Он просто признал — это способ… добиться внимания?
Чем больше я пыталась понять Леврана, тем чаще приходила к выводу, что это бесполезно. Он существует в собственном мире, где я неожиданно стала его центром и интересом.
Наверное, стоило хотя бы польститься. Красавчик школы, ученик, подающий огромные надежды на будущее. И он обратил своё внимание на меня. Но кроме ненависти к нему я не ощущала ничего.
Во мне удивительным образом смешалась боль из-за ситуации с Матвеем и злость на Даниса.
Дни перетекали в недели. Недели в месяцы.
Незаметно началась зима. Я не заметила, как календарь замаячил новым годом. Школа организовала очередную вечеринку, но я решила, что подобные мероприятия не для меня. Собрав вещи, я уехала на каникулы домой.
Мы договорились с Сашей, что встретимся на выходных и погуляем. В остальном, я заперлась в своей комнате в родительском доме. Хотелось просто пострадать под плаксивые драмы и грустную музыку.
Мама знала, что я рассталась с Матвеем, но о причине я умолчала.