Холод мрамора обжигал босые ноги. Тёмный коридор давил. Через пару мгновений сводный брат с пустым, чуть ухмыляющимся лицом вышел и прикрыл за собой дверь.
Практически голый, как и всегда, — в одних чёрных, влажных от тела боксёрах. С него ручьями текла вода, которая падала на пол, но ему, казалось, было на это всё равно. Тёмные волосы прилипли к спине.
Хотелось его обнять, скользнуть рукой по холодному изгибу мышц, погладить широкие плечи — может, даже чуть-чуть укусить. Дориан тяжело дышал, таращась на пол: похоже, приходил в себя после тяжёлого рабочего дня.
— Я был прав, — с ухмылкой сказал он и игриво прищурился. — Правки были у меня дома. Я отослал их эйчарам. Завтра всё должно быть отлично.
— Рада слышать, — Джина улыбнулась в ответ и неловко склонила голову в сторону. — А хочешь… немного расслабиться?
«Господи, что я несу?!» — сквозь ужасный стук своего сердца думала девушка. «Что я несу? Это не просто флирт, это прямой подкат! Он сейчас посмотрит на меня как на умалишённую пошлую дуру!»
— Я и так решил сегодня расслабиться, — сводный брат лениво прикрыл глаза. — Мы с тобой смотрим фильм, едим пиццу. А на полноценный отпуск у меня времени сейчас нет, сама понимаешь. Может… может, позже, через год-другой, когда я смогу полностью делегировать свои обязанности и без рисков валяться под пальмой и пить кокос.
— А… эм… ладно, я поняла, — Надэлла криво, фальшиво улыбнулась. С одной стороны, полегчало: ведь Дориан совсем не понял пошлого намёка, который просвечивал сквозь слова "сестры". С другой — стало как-то… грустно. Или больно. Даже прямой намёк мужчина стоически не хотел воспринимать как намёк. Ведь, вероятнее всего, он попросту не хотел представлять, что его маленькая милая Джина может что-то такое иметь в виду.
На лбу выступил нервный пот. Прохладный коридор постепенно наполнялся жаркими дыханиями двух усталых тел.
— Слушай, мы будем фильм сейчас смотреть, как ты и сказал, — продолжила девушка, неловко заводя за ухо прядь светлых волос. — Не против, если я лягу рядом с тобой? Я так устала, что даже тяжело сидеть. Голова гудит.
— Ладно. Конечно, — сводный брат улыбнулся и потрепал "сестру" по взъерошенной голове горячей, тяжёлой рукой. — Я получу пиццу и буду ждать тебя у себя.
— В таком виде? — Джина отвела взгляд.
— Ну да, — Дориан сухо пожал плечами. — Я весь мокрый. Но, если тебе неловко, могу надеть халат.
— Нет-нет, не нужно, — багровое лицо вновь растянулось в нервной улыбке. — Я тебя не смущаюсь. В смысле смущаюсь, но не настолько, чтобы мне было неловко. В общем… нет, мне неловко, но…
Мужчина непонимающе поднял одну бровь. Девушка замолчала, осознавая абсурдность собственных слов, после чего невольно уронила руки.
— В общем… мне нормально, — пробормотала она в итоге. — Забей.
— Окей, — он в очередной раз игриво усмехнулся. — Иди в душ. Я получу пиццу и поставлю фильм.
Соблазнительница.2
Она на ватных ногах побрела в ванную. Сердце всё ещё глухо билось в груди, хотелось верить, что именно сегодня всё изменится. Именно сегодня он даст себе волю и перестанет смотреть на сводную сестру как на "сестру", как на подопечную, которую нужно гладить по голове и на автомате ей кивать.
Ванная комната выглядела так, будто её придумали не для того, чтобы в ней просто мыться, а чтобы там можно было отдохнуть от всего мира и просто полежать с чашкой чая. Пол и стены — в ровной серо-коричневой текстуре тёплого камня, похожей на поверхность расколовшейся скалы. Огромное зеркало растянулось вдоль всей левой стены, удваивая мягкий свет, исходящий от встроенных в потолок точечных ламп.
У окна, похожего на узкую горизонтальную щель, притаился ряд длинных горизонтальных полок с бесчисленными прозрачными баночками разных шампуней и гелей. Белая овальная чаша ванны стояла на подиуме из того же камня, рядом — низкий деревянный столик с забытой книгой и пустой чашкой.
За ванной, рядом с окном, виднелась полностью стеклянная душевая кабина. Просторная, с тёмным металлическим душем, свисающим с потолка, и полками, врезанными прямо в камень. С поверхности стекла стекало множество остывающих капель. Джина резво разделась, повесила халат на крючок у входа и смело шагнула под прохладные струи.