Дориан опустил на голову сводной сестры тяжёлую тёплую руку, и та едва не вздрогнула от этого прикосновения, а после до боли закусила губу. Большой. Горячий. Глубоко дышит, приятно пахнет.
Не её. И мало того, что не её, так ещё и собирается найти себе кого-то. А что дальше? Он планирует жить втроём? Пародией то ли на родственников, то ли на шведскую семью.
— Если у тебя появится подружка, я рано или поздно всё равно съеду, — Надэлла пустым взглядом уставилась на пол. — Мне не хочется слышать, как ты за стеной кого-то… в общем… забей. Это неприятно. Быть лишней… я не хочу.
— Ты в моём доме никогда не лишняя, — стальным голосом прохрипел мужчина и, казалось, ещё больше усилил хватку. — Хватит так говорить. Я не собирался… заниматься непотребствами у тебя под носом.
— А как тогда? Будешь вести платонические отношения? Ты хоть сам себя слышишь, Дориан? Это безумие.
— Это не безумие, это уважение к члену своей семьи. Поверь, я найду способ и найду время. Ты не будешь свидетельницей моей личной жизни даже случайно. Не беспокойся на этот счёт.
Хотелось истерично рассмеяться во весь голос, но вместо этого Джина вновь до крови закусила губу. Отличное успокоение: «я не буду спать с другой у тебя под носом, я буду делать это более тайно, не волнуйся». Что творилось у него в голове, девушка не понимала, но точно знала, что там какая-то ересь. Он либо в самом деле не понимал, что уже начинало напоминать делюзиональное расстройство или избирательный бред. Либо делал вид, что не понимал. А это… напоминало больное собственничество на грани садизма.
«А может, он в норме, просто это я схожу с ума?» — одними губами шептала сама себе Надэлла. «Многие же так живут. Братья пополам с сёстрами снимают квартиру, потому что так дешевле. И безопаснее, ведь член семьи вряд ли кинет или обнесёт. Кроме того, у каждого ещё обычно есть… отношения. Партнёр. И ничего, никто ни от кого не бежит, просто сидят, тусуют в разных комнатах. Быт вместе ведут, как соседи, и всё. И даже стонов… как-то особо не стесняются. Разве что в шутку орут быть потише. Может, это у меня уже крыша течёт? Может, это мне нужно к психологу?».
Не было ответов на эти вопросы. Реальность Джины казалась просто очередной абсурдной гранью нормальности. Абсурдной, но всё-таки нормальности. Оттого становилось ещё хуже.
— Ладно. Поехали на работу, — Дориан взял сводную сестру за щёки, медленно нагнулся и мягко, едва ощутимо поцеловал её в лоб. — Извини. Хочешь по пути заехать куда-нибудь, взять кофе? Или завтрак, или десерт?
— Да нет, наверно, нет, — девушка тяжело вздохнула и отвела глаза. — У меня нет аппетита, подташнивает. Поехали так. Если мне станет лучше, я на работе себе кофе заварю.
Молодой человек кивнул и наконец выпустил Джину из рук.
На улице окончательно рассвело. Серые облака плыли куда-то на запад, люди толклись на парковке возле своих машин. Надэлла всё ещё чувствовала себя как зомби, только теперь измотанная не только физически, но и морально. Дориан чувствовал себя заметно лучше: когда удалось замять назревавший конфликт, он вновь стал улыбаться, хоть и не получил того, за что изначально торговался.
Девушка на автомате залезала к нему в машину, на автомате повернулась к окну, чтобы меньше укачивало. Её всегда укачивало после недосыпа, особенно если недосып шёл под руку с сильным стрессом.
— А если у меня появится молодой человек, и я захочу к нему съехать? — тихо спросила Джина, провожая взглядом очередную пролетающую мимо кофейню.
— Вот как появится — так посмотрим, — Дориан едко прищурился. — Посмотрим, есть ли у него жилплощадь, сколько он получает и куда намерен тебя пригласить. Я уже сказал, что не собираюсь допускать, чтобы моя сестра жила на помойке. А если эта помойка идёт в комплекте с каким-то бомжом, то я этого вдвойне не допущу.
— Тебя если послушать, то ко мне должен прийти свататься сын Джеффа Безоса, не меньше. Не все люди быстро встают на ноги. Не у всех есть обеспеченная семья, чтобы поддержать начинания. И всё равно народ как-то сходится. Вместе начинают своё дело, снимают жильё.