— Не знал, что тебя так легко берет алкоголь. на будущее учту. Жаль только все равно остаешься непослушной. — заключает мужчина, когда переваливал меня через себя.
— Я в полном порядке. Могу и сама спокойно дойти. — парирую я.
Кажется, мне не очень удалось убедить его.
Дэниел сам собрал буквально за десять минут вещи. Все это время я сидела на диване и просто наблюдала за изредка передвигающимся из комнаты в комнату силуэтом.
Перед вылетом на борту телефон Миллера завибрировал. Я с нетерпением прожигала взглядом мужчины. Догадывалась, что ему позвонили из-за мамы. Но по выражению лица трудно считать, хорошие новости ему говорят или нет…
— Состояние твоей мамы стабильно на данный момент. Она останется в больнице и пройдет курсе лечения. Твоя сестра сейчас с Коулом. Он отведет ее домой и проследит за ней. Ты можешь поспать. — слышу голос своего мужчины, и волна облегчения окатывает меня. Кажется, я снова могу дышать нормально. Воздух перестал быть тяжелым.
Мозг человека устроен странным образом. Только в критические моменты мы учимся принимать свои чувства по-настоящему.
— Спасибо, Дэниел. — целую щетинистую щеку, — Я люблю тебя. — выпаливаю неожиданное признание. Не знаю, смогла бы я так спокойно сказать эти слова, если бы не находилась под действием алкоголя. Но точно знаю, что говорила я искренне.
Миллер замирает. Выражение лица становится каменным. Я шокировала его. Он не готов был услышать это.
Глава 26. Дэниел
Она сказала это! Вот черт! Не могу поверить! Вместе с самолетом взлетают мои показатели эндорфина. Самые важные и долгожданные слова были произнесены любимым человеком! Надеюсь не схватить сердечный удар от переизбытка эмоций. Нет уж, я хочу прожить долго и счастливо. С ней. Три слова, значение которых переворачивает мир с ног на голову.
Слышал ли я раньше их? Да. Некоторые одноразовые телки, надеющиеся попасть ко мне на содержание, готовы были сказать все, что угодно, лишь бы присосаться к моему кошельку. Были и те, кто действительно верил в искренность своих чувств.
Вызывала ли эта фраза во мне какие-либо эмоции? Нет. До сегодняшнего дня, разумеется.
Кожа полыхает в том месте, где еще совсем недавно касались ее губы.
Мия олицетворяет ангела, который исцеляет душу одним лишь присутствием. Мой личный ангел.
Омрачает то, что моя девочка признается не в самые лучший для нее период. Если бы не несчастие с ее матерью, я моментально уволок бы ее прямиком в загс регистрировать брак.
Всматриваюсь в ее личико. Ищу некий подвох. Боюсь, что ее признание откажется лишь минутным помутнением, и вскоре она пожалеет о сказанном, возьмет свои слова обратно.
В глазах цвета аквамарин нет притворства и сожаления. Что ж, похоже, я вытянул свой счастливый билет. Билет, ведущий меня в идеальную жизнь.
На секунду в голову закрадывается мысль признаться ей, все рассказать. Как же тяжело нести груз вины. Но сразу отгоняю от себя этот порыв. Нельзя. Она не должна знать о секретах прошлого. Иначе карточный домик, который я так усердно строил, рухнет. Не прощу себя, если Мия исчезнет из моей жизни или возненавидит меня. Особенно сейчас, после ее признания.
— Ты не представляешь, что значишь для меня. — целую ее в губы. Не страстно. Нежно. Хочу оставить этот миг в памяти светлым и чистым.
Раньше и подумать не мог, что от какого-то невинного поцелуя может так штырить. Именно это и происходит со мной сейчас. Тело подрагивает от желания прижать девушку до хруста каждой ее косточки.
— Возможно, в прошлой жизни я спасла страну. Потому что иногда мне кажется, что ты мне послан свыше. — неожиданно шепчет Мия, когда наши губы разъединяются.
— С чего ты так решила? — ухмыляюсь, а внутри все сжимается. Знала бы она, от кого на самом деле я послан в этот мир…
— До твоего прихода моя жизнь была в черно-белых тонах. Но когда ты появился, она заиграла яркими красками. Признаюсь, по началу я тебя жутко боялась. Думала, что от тебя исходит опасность. Сейчас я разглядела в тебе доброго волшебника, исполняющего все мои заветные желания одним взмахом волшебной палочки.
— Может, я злой колдун, пытающийся зачоровать тебя. Или вообще дракон, желающий посильнее обмотать тебя веревками, чтобы потом проглотить целиком. — скалюсь, пытаясь сохранить самообладание. Но внутри от слов Мии растекаюсь лужицей. Ложкой дегтя в этой бочке меда является тот факт, что моя версия, в отличие от ее, правдива. Я действительно всеми способами ее привязываю к себе, опасаясь, что если ослаблю хватку, она сбежит.