Глава 3
Адель
"Он сказал, что я буду его. Я должна была уйти.
Но я осталась".
Когда я была маленькой, мама говорила: "Если мурашки по коже — это не всегда хорошо. Иногда это предупреждение." Сейчас мурашки покрывали всё моё тело. И это было не предупреждение. Это было — падение. Она говорила это, потому что терпела и принимала побои, ревность отца. Она всегда брала на себя удары и покорно слушалась. Она говорила так, потому что прекрасно понимала, какими жестокими бывают мужья и хотела оградить меня от всего этого. Но я сама сделала выбор.
Я слышала, как он дышит. Неторопливо. Уверенно. А я дышала рвано. Как будто боюсь вдохнуть слишком глубоко и сгореть на месте.
Он не торопил меня. Просто смотрел, прикасался, целовал. А я будто рассыпалась под этим взглядом и касаниями.
— Адель, — повторил он моё имя, будто пробуя на вкус. — Красивое имя. – он посмотрел своими серимы глазами и задумчиво добавил. – Но ты такая…
— Какая? — спросила я. Моя голос был тихий, чужой.
Он не ответил сразу. Медленно склонился ближе, его губы почти касались моих. И прошептал хриплым голосом:
— Сломанная.
Я не видела его лица, но чувствовала ухмылку на его лице. Довольную ухмылку.
Дьявол.
Я должна была взорваться. Уйти. Опрокинуть бокал и хлопнуть дверью. Но я только опустила глаза. Потому что он был прав.
Он увидел меня. Не оболочку. Не макияж, не тонкую шею и пухлые губы. А то, что пряталось под всем этим.
Я была пустотой. И в эту пустоту он уже начал входить.
Мы не говорили много. Зрительный контакт, глаза говорили сами. Мы сидели так минут двадцать, если не больше. Время словно стала водой и утекала сквозь пальцев. Он встал, взял меня за запястье и повёл к выходу. Не спросил. Не предложил. И я не сопротивлялась. Он открыл дверь черной машины, которая стояла на ВИП парковке. И я села на пассажирское сиденье. Закрыв мой дверь, он обошел машину и сел за руль.
В машине было тихо. Он водил машину быстро, уверенно, одной рукой. А другая рука лежало чуть выше моего колена. В машине пахло табаком и чем-то горьким, каким-то его запахом. Я чувствовала, как пульсирует кровь в висках. Я знала, что еду с абсолютно незнакомым мне мужчиной в неизвестность. Я прекрасно понимала, какие могут быть последствия. В лучшем случае он просто трахнет меня и выкинет, как ненужную вещь. В плохом случае, просто поимеет меня, убьет или что-то еще хуже. Скажите должно ли это волновать человека, который просто никому не нужен, у которого нету смысла жить. Вот именно. Если меня и убьет Егор, об этом никто и не узнает. Так что, я молча сидела и смотрела за проходящими домами, машинами и деревьями. Вместо страха в моей душе образовалось ожидание. Пьянящее, тёмное. Я тихо ждала своего часа…
Он жил в высоком пентхаусе, с панорамные окнами, которые открывали красивый вид на ночной город. Каменные стены, минимум мебели. Всё — как он. Строго, дорого, опасно. Я оглядывала, смотрела и восхищалась всем. Чувствовала себя в музее.
— Не бойся, — сказал он, закрывая за мной дверь.
— Я и не боюсь, — соврала я.
Он подошёл вплотную. Взял за подбородок, приподнял лицо.
— Лжёшь красиво, Адель.
И он потянулся ко мне. Его губы коснулись моих и всё внутри оборвалось. Это был не поцелуй. Это было вторжение. Он начал вторгаться в мой рот, целовал жестко с жаждой. Его руки были крепкие, горячие, держащие, они лежали на моей талии. Я не знала, можно ли дышать, но знала: сопротивляться уже было поздно. Он не был нежным. Он не спрашивал. Он брал. Брал так будто никогда не принимал отказов. А я и не отказывала, хотя и была неопытной. Я пыталась отвечать на его требовательный поцелуй, но Егор был на шаг впереди. Такие мужчины как он всегда получают то чего хотят. И даже кого хотят. Вселенная и дьявол на их стороне.
Каждое прикосновение — как метка. Каждый стон — как узел.
Я не помню, как оказалась на его постели. Не помню, как он снял с меня одежду. Помню только то, как он смотрел, пока раздевал. Словно я была его собственностью. Добычей.
— Ты готова? – спросил он, оторвавшись от моих ноющих губ.
Я нерешительно кивнула. Видимо в моих глазах он увидел страх и поэтому спросил: