Его руки скользнули вниз — по спине, по талии, сжали бёдра. Он прижался ко мне всем телом, лишая возможности двигаться. Я чувствовала его возбуждение, его силу, его власть.
— Отпусти, — выдохнула я, когда он на мгновение оторвался от моих губ. — Кто ты?
Глава 8
— Тот, кто знает о тебе всё, — он снова поцеловал меня, на этот раз ещё жёстче. Его язык проник в мой рот, подчиняя, заставляя подчиниться.
Я вцепилась в его плечи, пытаясь оттолкнуть, но он перехватил мои запястья, заломил за спину. Боль вспыхнула в суставах, заставив меня застонать.
— Не сопротивляйся, — прошептал он, обжигая дыханием шею. — Тебе понравится.
Его губы скользнули по моей шее, к ключице, к вырезу платья. Пальцы нащупали молнию на спине, потянули вниз. Ткань ослабла, сползла с плеча. Холодный воздух коснулся разгорячённой кожи.
«Нет, нет, нет!» — билось в голове. Я дёрнулась, пытаясь оттолкнуть. Он рассмеялся — коротко, зло.
— Будешь драться — будет хуже, — его голос звучал почти весело. — А я ведь могу быть нежным. Если попросишь.
Я замерла. Страх парализовал тело, сковал горло. В ушах стучала кровь, заглушая музыку, голоса, всё. Остался только он — его запах, его прикосновения, его власть надо мной. Время остановилось, растянулось в бесконечность, где были только страх и беспомощность.
И вдруг — звук. Лёгкий щелчок замка. Сквозняк коснулся кожи. Дверь приоткрылась, в щель пробился луч света из коридора.
Сталкер замер. Его хватка ослабла на долю секунды — и я рванулась в сторону, вырвалась из его рук. Ударилась плечом о дверь, толкнула её шире, выскользнула в коридор.
— Стой! — крик за спиной.
Но я уже бежала. Каблуки стучали по полу, платье давило, едва не спадало. Я не разбирала дороги, не видела лиц — только искала спасение в толпе, в свете, в людях. Минута, две — я остановилась в самом людном углу, чтобы привести себя в порядок. И снова неслась, не разбирая дороги, пока не врезалась в кого‑то — твёрдого… надёжного.
— Алиса? — голос Саши.
Я подняла глаза. Он смотрел на меня сверху вниз, хмурясь. Потом его взгляд скользнул за моё плечо — туда, где был тот…
— Что случилось? — Саша повернулся ко мне. Его пальцы легли на моё плечо, но я отшатнулась.
— Он… был… там… — я задыхалась, пытаясь перевести дух. — В туалете. Он… он схватил меня. Целовал. Лапал.
Саша сжал челюсти. В глазах вспыхнула ярость — холодная, расчётливая. Она была почти осязаемой, как электрический разряд в воздухе.
— Пойдём домой, — он взял меня за руку. — Уходим отсюда.
— Но Алла…
— Я позвоню ей позже. Сейчас ты едешь со мной.
Он повёл меня к выходу, прикрывая собой. Я шла, всё ещё дрожа, и оглядывалась через плечо. В глубине коридора, там, где только что мелькнула
Он повёл меня к выходу, прикрывая собой. Я шла, всё ещё дрожа, и оглядывалась через плечо. В глубине коридора, там, где только что мелькнула тень, теперь было пусто. Тени сливались в тёмные кляксы, будто прятали то, что только что здесь было.
Или мне просто показалось?
Но я знала: он не ушёл. Он где‑то рядом. И он вернётся. Где‑то в глубине души я чувствовала — это только начало. Он не отступится. Он будет ждать.
— Расскажи всё, — его голос был тихим, но твёрдым. — С самого начала. Кто это был? Как выглядел?
— Я не знаю, — я закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться. В голове крутились обрывки ощущений: запах одеколона, хриплый голос, жёсткие пальцы на запястьях. — Свет погас. Я не видела его лица. Только голос… низкий, хриплый.
— Ты что‑нибудь запомнила?
— Одеколон, — я сглотнула. — Терпкий. Табак и мята.
На улице холодный ветер ударил в лицо, отрезвляя. Он пробрался под платье, обжёг кожу, заставил вздрогнуть. Саша открыл дверь машины, помог мне сесть. Когда он сел рядом, завёл двигатель, я наконец смогла выдохнуть.
Его рука легла на мою спину, поддерживая, и на мгновение мне показалось, что он хочет что‑то добавить. Что‑то важное, что могло бы объяснить всё. Но он промолчал.