– Мы не пленники, чтобы освобождать нас. Нас ни к чему не принуждают. И с госпожой Цессой мы были…
– Отец, – перебил меня глубокий и грубый тембр эльфа. Он ворвался в столовую, словно ураган. Его ярость ощущается почти физически. – Почему ты здесь?! Разве Аламида не говорила тебе больше отдыхать? Святая Митал, как можно быть таким халатным к своему здоровью?! Разве ты не знаешь, что все тут беспокоятся за тебя?!
– Успокойся, сын, – устало ответил старик. – Ни к чему повышать голос на отца.
– Ни к чему?! Ты должен сейчас отдыхать в своей каюте после травмы, но почему-то сидишь здесь! Ещё и обслуживаешь этих недоэльфов!
– Следи за своим языком, Элладан! – с шумом стукнув по столу кулаком, взгляд вождя из мягкого и сочувствующего поменялся на суровый и осуждающий. – Уходи. Я не желаю тебя видеть. Это я тебе говорю, как вождь.
Сжав кулаки и челюсти, эльф кинул на нас с братом полные гнева глаза. Ну и вылупился же.
*Только посмотри на него.* усмехнулся Даль. *Ещё немного и пена изо рта пойдёт. Но вообще грозный вид ему к лицу.*
Даль довольно расплылся в улыбке, ответно сверля аметиста глазами и раздражая его ещё больше. Мда… мой близнец действительно иногда пугает меня.
Элладан сделал глубокий вдох, а затем выдох. Кротко глянув на отца, он быстрыми шагами ушёл. Да что с ним? Он совсем не похож на эльфов, о которых говорила нам мама. Он слишком вспыльчив.
– Элладан ещё слишком юн, – как-то обречённо сказал Аракано, устало проводя рукой по каштаново-седым волосам. – Амбициозен. И крайне импульсивен. Он добрый парень, но пока не готов взять на себя командование кланом, хоть и считает иначе. Самоуверенности в нём, как в матери.
– Он другой, – так же заметил Даль.
– Да. Другой. В его жилах течёт человеческая кровь, которая и делает его не таким, как его братья и сёстры, – сказал вождь. Я не смог скрыть своего удивления, когда моя челюсть чуть не отвисла вниз. Ген эльфов очень сильный, поэтому он полностью берёт «борозды правления» на себя, не давая другому ни шанса получить хоть одну сотую часть. Если эльф и представитель другого вида получили дар от Митал, то будь уверен, что родится стопроцентный эльф без каких либо «примесей». – Когда я сбежал от тех, кто хотел продать меня в питомник, моя спасательная капсула долго дрейфовала в космосе. Я был истощён и потерял всякую надежду на выживание. Но Святая Митал не оставила меня: капсула упала на Землю, что в Солнечной системе. Человеческая женщина нашла меня. Она ухаживала за мной, дала кров и крышу над головой. И я влюбился в неё. Мы поженились, она помогла мне сделать гражданство. Анна знала, что я тоскую по моим братьям и сёстрам, поэтому без колебаний последовала за мной, за моими целями, и вскоре мы покинули планету, чтобы найти других эльфов, нуждающихся в помощи. А после... матерь Митал благословила нас, даруя дитя - Элладана. Но он, как я уже сказал, оказался лишь наполовину эльфом. Причины мне пока неизвестны. Возможно, мы сделали эволюционный шаг. Аламида - наш доктор - как раз пытается выяснить это, но пока безуспешно, к сожалению.
И правда интересный случай.
*Вообще пофиг.* прокомментировал Даль, прочитав мой настрой. *Спроси лучше отправит ли он нас обратно к Цессе.*
– Извините за нескромный вопрос, но где сейчас ваша жена? Она тоже на корабле? – спросил я. Сам не знаю с чего вдруг мне стало так любопытно это.
Кажется, мой вопрос оказался лишним: боль в глазах Аракано была слишком сильной и безутешной, чтобы он смог скрыть её. Кажется, ответ очевиден.
– Жизнь человека коротка. Анна умерла в глубокой старости, в мягкой постели и с улыбкой на устах, – лёгкая полуулыбка с нотками печали. – Сейчас моя дорогая жена лишь в нашей вечной памяти. Храни, Господи, её покой.
– Жаль, что ваша жена умерла, – в голосе Даля нет ни капли сожаления. – Вы сказали, что хотите нам помочь, верно? Так помогите же, как эльфы эльфам. Доставьте нас на Пандору.
Слишком нетерпелив.
– Вы хотите обратно? – вождь искренне удивился. – К той странной женщине - Цессе? Она ведь продала вас канцлеру. Очевидно, что она снова продаст вас, если вы вернётесь к ней. Не думаете, что Митал не случайно свела нас на Илосе? Она хочет для своих детей свободы, каждому из нас. И я лишь хочу помочь ей в этом. Помочь вам.
Он не понимает нас, но хочет, чтобы мы поняли его. Это утомляет. Он не позволит нам покинуть их корабль, пока мы не обретём «свободу». Не оставляет нам выбора. Впрочем, мы и не привыкли его делать, и этот старый эльф знает это.
Как удобно. Красть чужую собственность и даровать ей «свободу», прекрасно понимая, что сопротивления она не окажет. Эльфы всё ещё не могут выбирать. Пустая иллюзия.