Эльфийка подо мной затихла и приоткрыла рот, рвано глотая воздух. Превозмогая оказываемое давление на мою спину, я приподнялся на локтях, позволяя Иримэ нормально вздохнуть. Толпа на моих бедных косточках начала потихоньку рассасываться. Когда последний поднялся, меня вдруг схватили под локти и поставили на ноги, а затем и эльфийку. Она тихонько заскулила:
– Моя… моя нога…
Она ещё и ногу подвернуть умудрилась! Гадство!
*Диль! Где ты?!*
*Даль! Слава Митал! Меня потоком снесло за остальными!*
От сердца мгновенно отлегло. Он в порядке…
*Мы с Элладаном идём в каюту вождя. Заберём его и придём.*
Вождя? Точно… в последние дни он почти не вставал с постели. Ещё до того, как забрать нас, у сов на Илосе была с кем-то стычка, и Аракано получил несколько серьёзных травм, а ещё два эльфа были убиты. Старое тело вождя уже не может так хорошо регенерировать, как раньше.
*Нет! Это слишком опасно, Даль!*
*Всё будет нормально, верь мне. И будь осторожен.*
*Даль? Даль!*
Даль стремительно отдаляется всё дальше, я чувствую это. В конце концов, я перестал ощущать сознание близнеца. И это действительно пугает намного больше, чем полыхающий космический корабль.
Выругавшись себе под нос и поборов безумный порыв побежать за братом, я глубоко втянул воздух, переводя дух. Иримэ подвернула ногу, она не сможет быстро передвигаться, поэтому я второпях подхватил её на руки и последовал за остальными эльфами.
Снова где-то под нами раздался взрыв. Эльфы позади меня закричали, когда пол под их ногами прогнулся и разлетелся на куски. Огонь устремился вверх, сжигая всё на своём пути. Я с ужасом наблюдал, как эльфы с воплями упали в эту огненную пропасть.
Ещё много эльфов осталось по ту сторону языков пламени, но их участи я уже не узнаю.
Ещё один взрыв, но уже ближе. И тоже под нами. И снова обречённые и душераздирающие вопли эльфов, сгинувшие в огненной яме. Генераторы! Под нами ведь находятся генераторы! И сейчас они один за другим взрываются! Бл*ть!
Я бежал, что есть сил, плотно сжав челюсти. Иримэ в моих руках рыдала почти навзрыд, мёртвой хваткой вцепившись в мои плечи. Адреналин в крови зашкаливал, подгоняя меня, в то время как за спиной продолжали взрываться генераторы, заглушая крики и рыдания обречённых эльфов.
Мы добежали до спасательных капсул. Увидев их, я понял, что этот корабль всё же не был рассчитан на такой большой экипаж, а потому в любом случае все эльфы не смогли бы спастись.
Я усадил Иримэ в одну из свободных капсул. Мои дрожащие руки неуклюже пристёгивают её. Эльфийка засуетилась, ошарашено посмотрев на меня:
– Ты ведь спасёшься?! Прошу, выживи! Братик, ты должен выжить!
Она бредит. Думает, я её брат. Этого ещё не хватало!
– Всё будет хорошо, Иримэ.
Я нажал кнопку запуска, и капсула с шипением закрылась. Несколько секунд и она эвакуируется.
Я ещё раз взглянул на вход. Даля всё ещё нет, как и намёка на то, что он где-то поблизости. Я знаю, что в другой части корабля есть ещё несколько капсул, но…
В сердце заныло так, что я не выдержал, и несколько слезинок всё же скатились по моим щекам. Я не вынесу, если с ним что-то случится… нет, я этого не вынесу.
Но капсул становилось всё меньше, и я понял, что если не сейчас, то уже никогда. С болью в груди я сел в свободную капсулу, пристёгиваясь. Огонь уже начал проникать в помещение, и дрожащая рука неуверенно нажала на пуск.
Капсула закрывается. Я с силой хватаюсь за ремни, не зная, куда ещё могу деть свои руки. И только сейчас осознаю, как бешено бьётся моё сердце, и слышу собственное, сбившееся дыхание.
– Эвакуация через три… два… один… Пуск.
*Лавентис - самый яркий и сияющий сорт цветов на Люмерионе.
*** ***
Несколько днями раннее. Корабль «Пандора» 14 07.
Кошка тихонько сидела на диване гостевой, вдумчиво глядя на безмятежный космос в иллюминаторе. Её мысли о двух эльфах продолжали терзать сердце и душу. Она забыла, когда последний раз спала или ела. Пандора будто опустела, а постель стала пустой и холодной. И виной тому эти братья… и как она могла вляпаться в такую ситуацию?
Тяжелый вздох.
Она долго сидела в том грязном, вонючем переулке. Бранила себя и оправдывала снова и снова. Доказательств её виновности оказалось больше, чем она до этого думала, и это съедало её изнутри. С тех пор она больше не могла сомкнуть глаз.
Потеряв столько крови и позабыв о нормальном сне и питании, любой другой уже давно откинулся бы, но только не эта кошка. Смерть для неё непозволимая роскошь, которой она, в целом, не достойна. О, нет, девочка. Ты не умрёшь, пока не осознаёшь все свои ошибки, а их столько, что не счесть.