Внутри салона царил аромат дорогой кожи, едва уловимых нот мужского парфюма и чего-то неуловимо роскошного. Стефан уверенно вёл машину в сторону города, изредка бросая на меня короткие взгляды.
Я нервно сцепила пальцы на коленях. Хоть я и не знала, что именно он задумал. Но меня очень сложно переубедить.
Примерно через четверть часа мы остановились возле огромного торгового центра. Стефан вышел из машины, снова открыл для меня дверь, взял за руку на этот раз чуть крепче и повёл внутрь.
Мы направились прямиком к люксовому бутику, витрины которого пестрели изысканными нарядами. Цены тут были явно космическими. Стефан остановился перед входом, повернулся ко мне с лукавой ухмылкой.
— Выбирай всё, что хочешь, — сказал он. — Особенно платья. Такая красивая девушка, как ты, должна носить только самое лучшее.
Я замерла на месте, ощущая, как внутри разрастается дикая неловкость. Ситуация казалась одновременно и приятной, и глубоко неправильной. Конечно, его жест можно было расценить как благородный, но что-то в нём настораживало и вызывало внутреннее сопротивление. Ещё недавно он казался моим хорошим другом, а теперь что-то кололо внутри.
— Спасибо, Стефан, но я не могу принять это, — произнесла я твёрдо.
— Почему? — он удивлённо поднял брови.
— Это как-то неправильно, — объяснила я, тщательно подбирая слова. — Я лучше позже сама пройдусь и куплю всё, что мне нужно. Мне правда очень льстит твоя забота, и мне приятно, просто… я испытываю неловкость, понимаешь?
— А что в этом плохого? — он резко снял солнцезащитные очки, и его взгляд стал жёстче. Я отчётливо увидела, как в нём разгорается раздражение, почти злость, которую раньше я замечала лишь в сторону его старшего брата или служанок... — Вы, девушки, любите подарки и чтобы вас возили по дорогим бутикам. Это мой подарок тебе, Илона. И я не принимаю отказы.
Я почувствовала, как внутри нарастает противоречие. С одной стороны, не хотелось обижать его, а с другой, я не была готова поступиться своими принципами.
— Но Стефан, я, правда…
— Повторяюсь, — понизил он голос, и в его глазах осела нехорошая тень, — я не принимаю отказы.
Я втянула носом воздух, ощущая, как внутри стремительно поднимается волна протеста.
— Ты хочешь меня обидеть? — процедил он сквозь зубы, и в его тоне проскользнула едва сдерживаемая ярость.
Я собрала всю свою волю в кулак, стараясь сохранить спокойствие и твёрдость в голосе:
— Знаешь, Стефан, я вовсе не хочу тебя обидеть. Я уже объяснила, что чувствую неловкость от всего этого. Давай лучше просто прогуляемся, выпьем кофе?
— Кофе? — он резко прищурился, словно моё предложение стало для него оскорблением. — Хочешь просто кофе? А может, ты уже перестанешь строить из себя грёбаную царицу и ответишь мне?!
Я замерла, чувствуя, как по спине пробежал неприятный холодок, а в груди стало тесно и душно.
— Жаль, что ты такого обо мне мнения, — произнесла я. — Думаю, нам лучше отложить этот разговор. Поговорим позже, когда ты успокоишься.
— Нет, — отрезал он, и в его голосе послышалась сталь. — Ты скажешь мне ответ прямо сейчас, Илона. Здесь и сейчас. Да или нет?
Слово вырвалось само:
— Нет.
На мгновение в его взгляде что-то надломилось. Радужки потемнели, челюсти плотно сжались, а затем лицо исказила нехорошая, холодная ухмылка.
— Хорошо, я тебя понял, — произнёс он мягко, но у меня по коже пробежали мурашки. — Поедем тогда домой?
— Да, пожалуйста, — кивнула я.
Внутри всё сжалось. Я и моя пятая точка отчётливо ощутили, что надвигается что-то ужасное.
Глава 16
Стефан резко развернулся и направился на выход из торгового центра, я же слабо улыбнулась девушке консультанту, что всё это время, скорее всего, подслушивала наш разговор. Хотя не услышать его было бы трудно, ведь друг был сильно раздражён и взбудоражен. Даже стало немного стыдно, зная, что наш разговор являлся публичным.