Скользя ногами по полу, полезла по тоннелю обратно. Упырь нашел отличное укрытие на день. Подземный водопровод. Наверняка у него с десяток выходов. Но нырять я ни за какие коврижки не собираюсь. Возможно, ему дышать и не обязательно, а мне еще как надо.
Выбравшись наружу, я уселась на край ямы и свесила ноги внутрь, чтобы отдышаться. Лучшего укрытия на день для вампа не придумаешь: выходов хоть отбавляй, темно, многочисленные пути к отступлению благодаря разветвленной водопроводной системе обеспечены.
Если бы он вернулся туда, где оставил одежду, то, без сомнения, уловил бы мой запах и удрал раньше, чем я смогла бы отреагировать. Если бы даже я выстрелила, как только он показался. Всего один выстрел, и, промахнись я, он тут же набросился бы на меня — и быть мне тогда ужином. Ставить ловушку тоже нет смысла. Он мог вылезти где угодно и, вероятно, припас одежду у каждого входа. Готова поспорить — в этом месте он появлялся часто из-за Эгги и ее семьи.
Я вздохнула, встала и поковыляла обратно к мотоциклу, грязь подсыхала в душном пекле жаркого полдня.
Глава 17
Доллар в подвязку?
На обратном пути к дому Кейти я гнала по мосту по платной дороге. Грязь на джинсах высохла и сковала ноги. Убранные в хвост и узел волосы растрепались, и теперь пряди развевались на горячем ветру. В желудке весь день урчало от голода.
Перед домом «Девочек Кейти» по-прежнему толпились типы из правоохранительных органов, в полной боевой готовности. Перекрыв улицу патрульными машинами, разбившись на маленькие группки, они, в основном мужчины, хотя было и несколько женщин, что-то обсуждали. «Скорая» и наряды ликвидации чрезвычайных ситуаций уже уехали. Вся местность была опутана желтой лентой. Я оставила мотоцикл на полпути в нашем квартале. С собой совершенно открыто, не пряча, несла дробовик, лицензия у меня имелась. Но «бенелли» — необычное оружие. Оно било на поражение. И, учитывая кровавое преступление, происшедшее здесь, копы так просто не отстанут.
Громила стоял в стороне с легавым в униформе, Джимом Гербертом, и женщиной, одетой просто и без затей, — Джоди Ришо, которая была человеком Кейти в новоорлеанской полиции. Может, ее подруга, хотя вряд ли. Она выглядела замученной, а Джимми — свирепым. Неудивительно.
Но вот Громила... Громила стоял, уперев руки в бока, джинсы с низкой талией плотно облегали его задницу и обрамляли походные ботинки. Футболка заправлена внутрь. Никаких тебе свободно висящих штанов и нарочитой небрежности. Гора мускулов, коротко подстриженные темные волосы. Я вспомнила близнецов и прикинула, сколько лет Громиле. Мысли о нем начали волновать меня, и я пресекла их — любопытство сгубило кошку. Интересоваться любимчиком Лео — довольно глупо, особенно если кровные узы между собой они, кроме всего прочего, крепили и в спальне.
Я подняла руку, чтобы привлечь его внимание. Он перевел взгляд с меня на копов и вопросительно поднял бровь. Я повертела головой в разные стороны, давая ему понять, что желания общаться с полицейскими у меня нет. Показала на задний двор дома Кейти, махнув рукой вверх-вниз, изображая прыжок через забор и приземление у себя дома. Он почти оскалился в улыбке и отрывисто кивнул. Я развернула мотоцикл и поехала в объезд, чтобы не наткнуться на легавых. Надо думать, Громила не потеряется. Все-таки не первый раз. Может быть, даже не второй. Надо будет как-нибудь разобраться с вторжением в мой дом и частную жизнь. Сейчас, например. Пантера, до этого сонно мурлыкавшая, немного насторожилась. Забавно...
Когда я подъехала к дому, Громила уже стоял у входа, прислонившись к железной опоре, поддерживающей нависавший сверху балкон примерно метр высотой. В его позе присутствовала непринужденная легкость и готовность знатока боевых искусств, тем не менее, заметив меня, он скрестил руки, так что мышцы на руках набухли еще сильнее. Очень хорошо.
Я указала на ворота сбоку, немного прибавила газу и въехала внутрь. Громила подошел следом, и я закрыла их. «Нужно было попросить его запереть ворота», — проскользнула мысль. Медленно вкатила мотоцикл в сад и заглушила мотор, сняла шлем и встряхнула волосами. У меня не было времени плести косы перед охотой, и теперь я наблюдала, как Громила следит за их свободным падением. Его запах едва заметно изменился. Громиле нравились длинные волосы. Очень.