Я бы присоединилась к ним не задумываясь, но мне было приказано явиться на вампирскую вечеринку. А идти туда совсем не хотелось.
Глава 13
Ты можешь навестить меня
Я оглядела себя в зеркале шкафа, чувствуя, с одной стороны, отвращение от необходимости торчать на вечеринке вампиров в то время, когда можно выслеживать выродка, а с другой — смертельный страх, и не только оттого, что мне предстояло попасть в окружение кровососов. Мое единственное маленькое черное платье длиной до середины бедра с треугольным вырезом было сшито из эластичной ткани, поэтому сворачивалось в дорожный мешок, абсолютно не сминаясь. Благодаря втачному лифчику платье обтягивало мою грудь, словно вторая кожа, и выставляло ее достаточно откровенно, чтобы заставить мужчину обернуться. Дополняли силуэт тоненькие бретельки и юбка, отлично подходящая для танцев. Она была скроена из квадратов разных размеров, которые свисали с асимметричной линии талии углами вниз и порхали вокруг ног. А они на восьмисантиметровых каблуках казались просто бесконечными. Я сделала небольшое танцевальное па, и часть квадратов подпрыгнула вверх, оголив мои ноги еще больше.
Я отрегулировала длину цепочки, чтобы золотой самородок оказался в ложбинке на груди в сантиметре от выреза платья. Затем надела сережки того старомодного образца, которые держатся на ушах с помощью винтиков или шарнирных застежек. Я прокалывала уши в подростковом возрасте и носила сережки, как все остальные девочки. Но когда вышла из приюта и, очутившись на свободе, вернулась в человеческий облик после первой трансформации, то обнаружила, что мои мочки заросли. Я засунула зуб пантеры, который нашли близнецы, в специальный кармашек на трусиках, куда обычно клала складной кол.
Я не возила с собой большого запаса косметики, да у меня его и не было. Так что я нанесла немного румян, подвела черной подводкой глаза и подкрасила тушью ресницы. Намазала все двадцать ногтей желто-коричневым лаком. Попробовала три разные помады, пока не выбрала нужный цвет. Мне никогда не стать красавицей. Но я была... интересной.
Любопытно, поймет ли кто-нибудь из вампиров по запаху, кто я такая? Я задумалась, стоит пристегнуть на бедро нож или нет. На всякий случай. И неохотно решила не брать оружия, положила в крохотную сумочку на тонком ремешке только маленький серебряный крест вместе с ключами, документами, кредиткой, двадцатидолларовой купюрой и губной помадой. И повесила ее через голову на плечо.
Я хотела сначала отправиться с распущенными волосами (больше метра длиной, они окутывали меня покрывалом, которое спускалось ниже подола платья), но в последний момент, когда входную дверь осветили фары и возле дома заурчал двигатель автомобиля, я заплела их наполовину и закрепила заколкой. Гость не успел постучаться, а я уже распахнула дверь.
На пороге стоял Громила в классическом смокинге с простым малиновым поясом. Волосы он зачесал назад, открыв мысок и маленькую сексуальную родинку возле линии волос.
— Bay! — воскликнула я, сама того не желая.
Он ухмыльнулся, довольный, осмотрел меня с головы до пят и, не таясь, задержал взгляд на моих ногах.
— Bay тебе тоже. Классно выглядишь для оторвы-байкерши, которая гоняется за вампирами.
— Спасибо, — поблагодарила я, закрывая и запирая за собой дверь.
Шофер стоял рядом с открытой дверцей черного, слегка вытянутого лимузина «линкольн». На двух сиденьях могло поместиться шесть человек, но нас было только двое. Салон от водителя отделяла поднятая перегородка. Громила показал, чтобы я залезала первой, а сам не торопясь рассматривал мои ноги. Без сомнения, здоровяк был сам не свой от женских ножек. Он сел рядом со мной, и дверца закрылась. Автомобиль тронулся от бордюра и двинулся в ночь. Подвеска была так хороша, что возникало ощущение, будто мы плывем, а сиденье, обтянутое такой мягкой кожей, какая и для перчаток бы сгодилась, убаюкивало меня, словно младенца. Девушка может привыкнуть к подобной роскоши.
— Надеюсь, оружия у тебя нет, — сухо заметил Громила, по-прежнему не спуская с меня глаз. — Мне надо было тебя обыскать, однако не вижу места для ножей, пистолетов или кольев.
Не могла удержаться. Очень тянуло подразнить его. Я позаимствовала у Пантеры это желание играть с добычей. Бросив на него косой взгляд, я сказала: