Опустившись на колени перед ней, я начал целовать ее бедра, оставляя дорожку из нежных поцелуев на ее трясущимся от желания и смущения теле, потихоньку поднимаясь все выше, доходя до тонкой ткани шорт, которые мне мешались.
Вытянув руку вперед, я мягко уложил свою птичку на кровать, а затем привстав над ней, схватившись пальцами за пояс шорт, которые начал стягивать вниз, по стройным ножкам, на что птичка послушно приподняла таз, помогая мне снять с нее этот бесполезный кусок ткани, который вскоре отправился к топу. Теперь единственной преградой были трусики, но тут спешить нельзя, потому как моя птичка еще довольна напряжена. Для начало необходимо ее расслабить, поэтому я залез на кровать, закидывая ее ноги к себе на талию, придерживая бедра в своих ладонях. Опустив голову на ее плоский животик, я прильнул к нему горячими губами, вдыхая аромат цитрусов и горького шоколада, который исходил от возбужденного тела девушки, от чего моя птичка тихо застонала, приподнимая свой таз ко мне на встречу.
Поднимаясь дорожкой из горячих поцелуев выше по её изнывающему телу, не пропуская ни одного сантиметра нежной кожи, я дошел до ее груди, которую прикрыл своими большими ладонями, слега ее сжимая, от чего девушка начала прерывисто дышать. Ее грудная клетка стала быстрее вздымалась, в попытках жадно ртом словить воздух, которого ей так не хватало, однако с каждым ее вдохом ритм дыхание все больше сбивался.
Пристально смотря в ее карие глаза, которые внимательно с особым интересом все это время наблюдали за мной, не прерывая зрительного контакт с ней, я обхватил нежно губами ее розовый сосочек, от чего девушка закатила глаза, нервно глотая стон, который хотел вырваться наружу. Так как она лишила меня этого удовольствия, я аккуратно втянул сосок в рот, играясь им зубами, от чего она не сдержалась и тихонько застонала.
Услышав эту прекрасную мелодию, мой член в штанах подпрыгнул, просясь наружу, потому что ему там стало очень тесно. Переключившись на второй сосочек, я повторно проделал тоже самое, доведя птичку до экстаза, от чего та запустила свои тонкие пальцы в мои густые черные волосы, оттягивая мою голову назад.
Закончив играть с ее пышной грудью, я уложил свои руки на тонкую талию, сильно сжимая ее, вдавливая птичку в матрас своим громоздким телом, поднимаясь горячими поцелуями высшее по ее телу, пока не дошел до мочек ушей, которые нежно прикусил, приостановившись там на пару мгновений.
- Птичка, знала бы ты, как давно я мечтаю о тебе, - охрипшим от возбуждения голосом, проговорил я ей на ухо, от чего по телу девушки мгновенно пробежала волна мурашек.
Прильнув своими губами к её в жадном поцелуе, я скользнул одной рукой на ее грудь, сжимая между указательным и большим пальцев розовый аккуратный сосочек ее левой груди, от чего птичка тихо застонала мне в рот, отводя голову назад, но я приостановил ее, фиксируя голову свободной рукой. Прикусив нижнюю губу, я легонько оттянул ее к себе, наслаждаясь эмоциями на лице моей птички, которые говорили о том, что эти мгновения приносят ей такое же наслаждение, как и мне.
Однако могу смело заверить то, что будет дальше, ей куда больше понравится, поэтому оторвавшись от нее, я переместил девушку выше на кровать, спускаясь головой к ее ногам. Схвати правое бедро под коленом, я зафиксировал ногу в полусогнутом положении, открывая доступ к ее внутренней стороне бедра. Начиная от колена постепенно спускаясь вниз, я стал целовать мягкую кожу, которая покрывалась мелкими мурашками под моими страстными губами, заставляя птичку замереть, пристально наблюдая за моими дальнейшими действиями.
Приближаясь к эпицентру, я замер на одном участке бедра, прожигая губами пласт кожи под ними, приподнимая глаза на девушку, которая от наслаждения и трепета ожидания, сжала в своих кулачках бежевую простынь. Втянув в рот нежную кожу на внутренней стороне бедра, я легонька прикусил ее зубами, оставляя там небольшой синичек.
Отстранившись от нее, я приподнялся с кровати, пробегаясь глазами по ее практически голому телу, от чего птичка прикрылась руками, в надежде спрятать от меня свою прекрасную грудь. Продолжая безмолвно наблюдать за ней, я стал не спеша расстегивать рубашку, наблюдая за тем, как ее глаза расширяются от удивления, а тело охватывает мелкая дрожи, при виде все новых и новых оголенных участков моего накаченного тела. Сбросив с себя рубашку, я швырнул ее к той куче одежды на полу и принялся отстегивать ремень, а затем перешел к брюкам, которые вскоре присоединились к кучи.