У вас нет сердца, а я чуть было не вручила вам свое.
Sleepy Hollow, 1999
Разочарование, боль, обида, страх, ненависть, грусть, тревога, агрессия – малая часть спектра тех эмоций, которые безжалостно, словно ураган, терзали меня изнутри на протяжение всей ночи, пока я валялась на холодном полу одной из комнат этого большого пустующего дома, который после событий вчерашней ночи вновь стал для меня тюрьмой класса люкс.
Эта ночь казалась мне бесконечной. Слезы беспрерывно ручейком стекали по мокрому и измученному от отчаяния лицу, а перед глазами стояла белая пелена из горьких чувств, закрывающая мой взор. Все тело ломило от криков боли и разочарования внутри, которые немедля хотели вырваться наружу, однако рука, прикрывающая рот, не позволяла мне и слова произнести.
Когда слезы закончились, а организм истощился, лишая себя последних сил, которые были потрачены на эти бессмысленные проявления эмоций, мое обессиленное тело упало замертво на холодный деревянный пол большой светлой комнаты. Прикрыв глаза, тяжелыми и опухшими от рыданий веками, я дрожащими руками прижала колени к груди, пытаясь унять мелкую дрожь во всем теле, от которой мне становилось тяжело дышать.
Спустя некоторое время, я смогла совладать своими эмоциями, и потихоньку, казалось, что и возможность трезво мыслить и оценивать ситуацию вернулась ко мне, поэтому пришло время строить планы на будущее, ведь я с полной уверенностью могу заверить, что в этом доме, рядом с этим ничтожеством, которое растоптало мое сердце, я больше не намерена жить.
Проводя несколько часов в глубоких раздумьях, я даже не заметила, как провалилась в сон, из которого меня быстро вывели чьи-то бережные касания теплых рук, почувствовав которые, я быстро приоткрыла тяжелые от слез веки, пятясь по холодному полу назад от страха и неожиданности. Оказавшись достаточно далеко от того человека, я потерла холодными, как лед, руками опухшие глаза, пытаясь убрать плотную пелену с глаз, чтобы разглядеть оппонента напротив, который в это время неподвижно стоял на прежнем месте. Вновь приоткрыв глаза, я увидела присевшего на корточках серьезного, чем-то обеспокоенного Тома, который был одет в черном спортивном костюме.
- Бэмби,- приподнявшись, мужчина подошел ближе ко мне, а затем вновь присел на корточках напротив, аккуратно проводя своей теплой ладонью по моему заплаканному лицу, пытаясь убрать остатки пролитых мною слез, однако я одним резким движением отдернула его руку от себя, сверля недовольным взглядом Тома, - тебя Фабиано зовет, - опустив взгляд в пол, мужчина возвысился надо мной, протягивая руку, на которую я злобно посмотрела, недовольно швыряя ее от себя, на что парень сжал пальцы в кулак, внимательно поглядывая на меня, - Бэмби, на делай себе хуже, - спокойным голос проговорил Том, обеспокоенно поглядывая на меня с высоты своего роста,- не пытайся перечить его приказам и пошли со мной, - вновь послышался его подавленный, но уверенный голос, убеждая меня принять правильное, по их мнению, решение.
- Том,- подняв голову на брюнета, я слегка прищурила глаза, пытаясь удержать слезы, которые стремительно хотели вырваться наружу из глубин разбитого, и все еще ноющего от боли сердца, раны на котором не зажили за эти несколько часов, - если ты не понял мои невербальные жесты, то я озвучу их предельно понятный смысл для тебя и твоего тирана-брата, - сделав небольшую паузу, я пробежалась по каменному лицу мужчины, в глазах которого играли неоднозначные чувства, - я больше не ваша марионетка, а это значит, что выполнять ваши приказы-просьбы не обязана.
Посмотрев еще пару минут в его пронзительные зелено-карие глаза, в которых отражалась доля понимания и беспокойства, я демонстративно отвела взгляд в сторону, окна, где стояла непроглядная тьма, намекая мужчине, что разговор наш окончен, после чего тот поспешно вышел из комнаты, закрывая за собой дверь. И вот я вновь одна, наедине с полной тишиной, которая только больше давила на меня, заставляя воспоминания прошлой ночи проноситься яркими, четкими картинками перед глазами, от чего в горле застрял комок эмоций, а на глаза выступили слезы, сдержать которые я уже была не в силах.
Прикрыв ладонями лицо, по которому стекали горькие слезы предательства, я сделала глубокий вдох, после чего задержала на несколько секунд дыхание. Громко выпустив зажатый в груди воздух, я прошлась тонкими пальцами по мокрым глазам, убирая стекающую из глаз прозрачную соленую жидкость, как вдруг послышался громкий звук открывающиеся двери, которая со всей силой врезалась в стену, отскакивая от нее.