Слезая с меня, одним резким движением мужчина перевернул меня на живот и направился к ногам, которых без какого-либо усилия приковал наручниками, вдел веревку в свободные ушки и привязал к кровати. Он аккуратно приподнял мой таз и подложил под него подушку так, чтобы моя попа оказалась на уровень выше, чем мое тело и затем опустился на один уровень с моим лицом.
- Посмотри на меня,- скомандовал он. Но я была слишком зла и напугана, чтобы подчинится ему.- Я повторяю еще один раз. Посмотри. На. Меня. - грубо сквозь зубы процедил он.
Я еще пару секунд замешкалась, но все же решила послушать его, чтобы ситуация хуже не стала. Повернувшись, я оказалась нос к носу с моим мучителем. Его серые глаза были так близко, что в них можно было увидеть всю палитру эмоций. Гнев, ярость, похоть, разврат и удовлетворение.
- Молодец, птичка, - его рука легла на мою щеку, а большой палец прошелся по ней, вытирая слезы, которые так и лились из моих глаз. - Тебе страшно?- поинтересовался он. Из-за подступившего к горлу подступил комку, я лишь кивнула.
- Я же тебя предупреждал, но ты не стала меня слушать, а теперь мне придется тебя наказать, - завершив фразу, он встал и подошел ко мне сзади, приподнимая халат, под которым у меня ничего не было. При этой мысли меня начало трясти еще больше.
- Пожалуйста,- еле-еле послышалась моя просьба, - не надо. Я больше не буду так себя вести, не буду больше сбегать и выполню все твой просьбы, только не надо.
- Ха-ха-ха, - услышала я его довольный смех у своего уха, - нет, птичка, я и так тебе слишком многое прощал. Давно нужно было тебя наказать, но я все откладывал в надежде, что ты одумаешься, но сегодняшняя твоя выходка показала, что я был слишком мягок с тобой, поэтому сейчас будем это исправлять.
Я больше ничего не стала говорить, да даже, если бы и хотела, то не смогла бы, потому что слезы не давали мне возможности даже нормально дышать. Паника и страх полностью овладели моим разумом.
- Я не сомневался, что эта попа принесет мне удовольствия и без белья, - прошипел он от удовольствия, в то время как его большая теплая рука легла мне на ягодицу, от чего я вздрогнула.
- Не бойся ты так меня, птичка, - наклонившись, шепнул он мне на ухо.
- Пожалуйста, - задыхаясь от слез, продолжила я его умолять, - я правда больше не попытаюсь сбежать, - и в этот момент я почувствовала как его другая рука начала гладить мою попу.
- Если ты и вправду хочешь отделаться минимальным ущербом, то делай то, что я тебе скажу.
Глава 16. Мнимое наслаждение
Если ты одержим какой-то мыслью, то она подстерегает тебя на каждом шагу, даже в воздухе ты чуешь её запах.
Томас Манн
- Если ты и вправду хочешь отделаться минимальным ущербом, то делай то, что я тебе скажу.
Я лишь кивнула в ответ, но ему и этого было достаточно.
- Отлично, наказание твое будет долгим, потому что косяков ты набрала на года три вперед, - усмехнулся он, - 46 ударов по твоей сладкой попке, и каждый из них ты будешь считать и озвучивать.
От его слов у меня дыхание перехватило. Страх и злость смешались, слезы продолжали течь, а в голове крутилась одна и та же мысль. Я представляла, как бью его, делаю больно и унижаю, потому что он делал это со мной сейчас. Заставлял такое пережить.
- Пошел к черту, - послышался мой гневный голос, который был пропитан ненавистью к этому человеку.
- 47, - ехидно добавил он, сжимая мою шею, - ты прибавляешь мне работенки, птичка. Вижу мы с тобой договорились и можем начать, - отстраняясь от меня, он скользнул руками по изгибам моей попы и в какой-то момент я почувствовала острую боль, из-за которой наружу вышел крик.
- Считай, птичка, - шепнул он мне на ухо, - если ты не будешь этого делать, то откуда мне знать, когда нужно будет остановиться? Я не против и могу продолжить это делать сутки на пролет, но вот твоя попа, боюсь, этого не выдержит.
После этих его слов, он еще раз ударил меня, но вот теперь по другой ягодицы. Понимая, что выбора нет и терпеть я долга этого не смогу, произнесла эту чертову цифру:
- 2, - послышался мой охрипший от слез и криков голос.
- Какая послушная девочка, - теперь его рука поднялась выше к моей пояснице, гладя ее, но быстро вернулась назад на прежнее место.
Мои мучения продолжались еще долго, и его это забавляло. Мои крики, слезы, дрожащий голос. Я так его ненавидела в тот момент, что просто хотелось стереть с лица земли, превратить в пыль или отдать его органы на трансплантат, чтобы хоть какая-то польза от него была. После каждого удара он прикладывал свою теплую ладонь к тому месту, по которому бил, чтобы немного успокоить раздраженную плоть и затем опять наносил удар, который был больнее, чем предыдущий.