- Доброе утро, бэмби, - из-за спины послышался веселый голос Тома, который присел рядом со мной.
Я пропустила его приветствие мимо ушей, потому что после вчерашнего дня я даже не знала, как к нему относиться. Вроде он и не виноват, потому что мой мучитель, скорее всего его заставил приставить пушку к голове того бедолаги, но с другой стороны он мог и не подчиниться приказам, хотя кого я обманываю. Дела тут обстоят иначе. Они оба в одной команде, поэтому никто никого не заставлял, а я для них всего лишь очередная жертва.
- Бэмби, только не говори, что ты на меня в обиде? - с любопытством в голосе поинтересовался мужчина, наклоняя голову в мою сторону, после того, как я проигнорировала его.
- Она решила устроить бойкот, но это ненадолго, - ухмыльнувшись, добавил Фабиано.
Я продолжила молчать, потому как это было правдой. Том особенно меня удивил, потому что именно от него я не ожидала такой жестокости. Какой наивной я была, подумав, что он хороший человек, с котором смогу найти общий язык. Но Том такой же как и Фабиано: двуличная, властная, мерзкая личность, которая во всем ищет лишь выгоду для себя. А чего я ожидала от человека, который чуть не похитил меня из клуба?
Решив, что с меня хватит их присутствия, я встала из-за стола и направилась к лестнице, но меня остановил голос моего мучителя.
- И куда мы направились без разрешения? - из-за спины донесся недовольный рык Фабиано, который даже из-за стола не встал, да что там про стол, он не удосужился даже на меня взглянуть.
- Прошу прощения, господин, - развернувшись к нему лицом, саркастично проговорила я, - могу ли пойти к себе? - поинтересовалась я , выдавливая из себя невинную улыбку.
- Нет, - усмехнулся мужчина, похлопывая рукой по стулу, который был рядом с ним, намекая, чтобы я вернулась назад и присела на свое место.
Ладно, пусть будет как он хочет. Я вернулась за стол и решила присесть на указанное место, но тут он резко накрыл своей рукой сиденье стула, как бы запрещая мне садиться.
- Я передумал, - подняв свои серые полные безразличия глаза на меня, похлопывая теперь рукой по своему бедру, - присядь-ка сюда.
От его этого жеста все внутри вскипело от злости, кровь прильнула к лицу, а из ушей шел дым.
- Да что ты себе позволяешь?- недовольно крикнула я.
От моего крика Том резко поднял на меня свой удивленный взгляд, в котором читалось недовольство и капелька беспокойство, а Фабиано лишь отложил телефон в сторонку, теперь смотря прямо перед собой, повторяя еще раз движение, которое сделал до этого.
Несколько секунд все молчали, как бы ожидая моих дальнейших действии. И вот я повиновалась его воли и присела к нему на колени. Фабиано уселся удобнее, облокачиваясь на спинку стула, одной рукой обхватил мою попу, а другая его рука легла на мои колени, передвигая меня к себе ближе. Мне было так мерзко от себя самой, но еще больше от его рук, которые опять касались меня.Так и хотелось их отрубить топором.
- Птичка, покорми меня, - обратился он ко мне, сверля взглядом серых глаз, в которых отражался знакомый пошлый отблеск, такой же как и прошлой ночью.
- Я не знала, что вам 2 года и вы нуждайтесь в няньке, но я это учту и найду вам отличную кандидатуру, - иронично подметила я, но видимо он не остался доволен моей шуткой, потому что после нее одна его рука сильнее сжала мои коленки, а другая со всей силой шлепнула по попе. Боль от удара пронзила все мое тело, от чего я выгнулась в одну прямую линию.
Но на этом наша перепалка не закончилась. Он схватил меня грубо за подбородка, заставляя смотреть ему в глаза и проговорил:
- Я приказываю, а ты беспрекословно выполняешь. Тебе понятно, птичка?- его грубая мужская рука сильно до боли сжало мое лицо, приближая наши взгляды, в котором присутствовала нотка пошлости и превосходства, от чего я нервно сглотнула, - вроде как я вчера тебе подробно в деталях описал, как нужно себя вести со мной и что тебя ожидает в противном случае, а теперь возьми эти чертовы фрукты, и сделай мне приятно.
Он убрал руку с моего лица, и вновь накрыл свой большой ладонью мою попу, а я в это время потянулась за тарелкой с фруктами, и столкнулась взглядам полным сожаления со стороны Тома, которые передавал мне ее. Он все это время наблюдал за нами и ни слова не проронил. А кто бы сомневался? Он бы не встал на защиту какой-то девицы, которую толком даже не знает.