— Алло? — пробормотала я, протирая глаза рукой, мой голос был еще хриплым от сна.
— Доброе утро, мисс Соларис, — послышался из трубки знакомый британский акцент. Алан Холланд! Да, тот самый Алан Холланд, хозяином галереи "Дель Арте"! — Прошу прощения, что так рано беспокою вас. Вы только что встали?
В голове пронеслись мысли о моих картинах, отправленных ему на прошлой неделе. Неужели... это происходит на самом деле?
— Ой, нет. Я уже давно не сплю. Знаете, я как раз люблю вставать рано, в эти часы мне часто приходит вдохновение для новых картин. Ничего страшного, мистер Холланд, — поспешно ответила я, пытаясь прогнать остатки сна и сосредоточиться.
— Рад слышать. – услышала я смешок из трубки, в который проникла нотка иронии, – Я сейчас в Париже, и знаете, ваши работы… Они… великолепны. Я даже представил их своим коллегам. — продолжал он. — Полагаю, они неплохо бы украсили мою следующую выставку. Более того, я хотел бы представить их на аукционе. Разумеется, только если вы не против.
— На аукционе?! — выдохнула я, не веря своим ушам. Конечно, я была не против! Это же невероятная возможность, которая выпадает не каждому!
— Да, — подтвердил он с ноткой удовлетворения. — И я был бы очень рад видеть вас завтра.
— Так быстро? Уже завтра? — удивилась я, не в силах поверить в эту новость.
— А вы ждете другого момента? — с легкой и веселой улыбкой в голосе спросил мистер Холланд, и я почувствовала, как внутри меня зашевелилось волнение.
– Нет.
Произошло секундное молчание, после чего Алан прокашлялся в трубку, как бы подводя итог нашей беседе.
— Боюсь, мне пора бежать, — продолжил мистер Холланд, легкий шум на заднем фоне подтверждал его слова о том, что он, похоже, находится в движении. — Еще раз прошу прощения за ранний звонок, мисс Соларис. До встречи.
— До свидания, мистер Холланд! — пролепетала я, все еще не веря в реальность происходящего, которую невозможно было игнорировать.
Как только послышались гудки, я резко вскочила с кровати, обдумывая все сказанное, и бросилась к Эшли, тряся ее за плечо с нетерпением. Та нервно толкнула меня локтем, проклиная меня во сне за столь настойчивое пробуждение.
— Эш! Эш, просыпайся! — кричала я ей, переполненная невероятными эмоциями.
— Ааа! Что случилось?! — Эшли подскочила, испуганно озираясь, совершенно не понимая, что происходит. — Ты что-то принимала, Баби? — сонно пробормотала она, прикрывая лицо подушкой, словно она могла скрыться от реальности.
— Холланд! Звонил Холланд! Он хочет выставить мои картины! И продать их на аукционе! Завтра! — тараторила я, едва переводя дыхание от волнения.
Харпер, протирая глаза от сна, посмотрела на меня, как на идиотку, не понимая, что происходит.
— Что? — Эшли приоткрыла один глаз, явно не веря тому, что слышит. — Ты шутишь?
Я вдохнула, стараясь собраться с мыслями.
— Клянусь! Он сам позвонил! Завтра аукцион! Представляешь?! – спросила я ее, не в силах удержаться от эмоционального накала.
Сон как рукой сняло с Эшли. Она откинула мои руки и села на кровати, окончательно проснувшись. Несколько секунд она молчала, переваривая информацию, затем сказала:
— Ничего себе! Это же… — она замолчала, обдумывая всю важность момента. — Это потрясающе, Баби! Поздравляю! — искренняя радость просвечивала в ее голосе. — Знаешь, я же тоже немножко приложила руку к этому шедевру, помнишь? — с хитрой улыбкой добавила она, намекая на наши совместные ночные бдения за чашкой кофе и бесконечные советы по цветовой гамме.
– Поэтому мы завтра идем вместе. – улыбнулась я, чувствуя, как волнение крутится в душе.
– Ох ну да. Не могу же я оставить тебя одну с этим британцем. – усмехнулась подруга, игриво играя бровями, словно это была смелая шутка. Я слегка толкнула ее, на что та засмеялась, поддаваясь атмосфере радости.
– Это деловая встреча. Ничего большего, — ответила я на ее комментарий, ощущая, как напряжение постепенно уходит.
– Конечно. — подмигнула Эшли, подчеркивая свою поддержку.
Слова Эшли окончательно развеяли остатки сонливости и усталости. Переполненная волнением, через час я решила выйти на свежий воздух, чтобы немного прояснить голову. Спустившись в холл, я направилась к выходу, но путь мне преградил молодой человек в униформе, который выглядел как один из работников отеля.