Я робко подошла к столу с напитками, взяла бокал шампанского и отпила маленький глоток. Пузырьки приятно щекотали нёбо напоминали о радостных моментах, но волнение никуда не делось, словно палящий огонь под моим сердцем. Я оглядывалась в поисках Алана, но видела лишь незнакомые лица, теряясь среди толпы.
Внезапно кто-то легонько коснулся моей руки, как будто бы случайно. Я обернулась и увидела мужчину средних лет с внимательными глазами и располагающей улыбкой, надеющимся на доверительный разговор.
– Вы, должно быть, художница, – задумчиво произнес он с британским акцентом, который звучал так приятно, – Художников всегда легко узнать в толпе. Я, кстати, Август Пемброк, а вы мисс?
Он протянул мне руку, и я протянула в ответ.
– Бабиана Соларис. И да, я художник, — слегка улыбнулась я, пожав руку мужчине.
– Вы испанка? – спросил он с интересом, словно это была интересная загадка.
– От части. Мой дедушка эмигрировал в США из Европы, — робко ответила я, чувствуя, как его внимание обжигает.
– Как интересно, — улыбнулся Август, как будто до этого разговора жил в сером мире. – Как вам выставка? Думаю, вы пришли сюда не только для того, чтобы посмотреть картины.
Этот человек дает о себе интерес, как загадка, которую хочется разгадать. Он многое знает и тем более, как будто умеет читать мысли людей.
– Вы читаете мысли? – спросила я, искренне чувствуя любопытство.
– Ну, нет. Я читаю людей. Глаза говорят многое, если внимательно посмотреть, — объяснил он, и я была очарована.
Я улыбнулась, и неожиданно сзади подошел он. "Мистер галантность и роскошность". Организатор этой выставки, словно бы сам из сказки. Он красиво улыбнулся, кивнув мне, и я почувствовала, как будто вся толпа замерла.
– Крадёшь моего партнера, Август? – спросил он.
– Что ты, Алан, я бы никогда этого не сделал, — сказал Август с сарказмом, смотря на меня.
Алан встал рядом с нами, держа в руках бокал с шампанским, его уверенность была ощутима. Он как обычно выглядел очень элегантно. Чёрный, хорошо отлаженный костюм, белоснежная рубашка и чёрный галстук, идеально подобранные. Все новое, как будто на нём был сияющий ответ на все вопросы. На руке красовались золотые часы, и несколько колец на пальцах добавляли состоятельности. Его снежные волосы были уложены назад, что создавалало ауру притяжения. И этот парфюм… просто волшебный, он манил. Настоящий аристократ, в ярком контрасте с моим скромным миром. Им можно было восхищаться, как восхищаются искусством.
– Поэтому я и спрашиваю тебя, Август, потому что знаю тебя, — улыбнулся он, словно не обращая внимания на происходящее. – Мисс Соларис, вы уже все посмотрели?
Спросил Алан, намекая на выставку.
– Я только пришла. Не успела ничего посмотреть, кроме шикарного фуршета и этого зала.
Август усмехнулся, задумчиво попивая шампанское, словно это был самый великолепный коктейль.
– Вам повезло, что я здесь, — сказал он с лукавой улыбкой, он подал мне руку, и я осторожно взялась за него, взглянув на Августа.
– Приятно было познакомиться, Август, — произнесла я, ощущая, как наш разговор меняет пространство вокруг.
– А мне то как, мисс Соларис. — его глаза сверкнули интересом.
Алан повел меня по залу, рассказывая о каждой картине с неподдельным, живым энтузиазмом. Его знание искусства было впечатляющим, а его страсть была заразительной, похожей на искру, воспламеняющую интерес. Он умел видеть за красками и мазками нечто большее, чем просто изображение, и делился этим уникальным видением со мной, открывая мне новые горизонты. Я слушала его, затаив дыхание, и постепенно забывала о своем смущении и неуверенности, окунаясь в мир искусства.
Он подвел меня к одной из моих картин, которая висела на самом видном месте, как звезда на ночном небе. Мое сердце забилось быстрее, словно опустилось в кратер вулкана.
– Эта работа просто потрясающая, – сказал Алан, поворачиваясь ко мне с искренним восхищением. – В ней есть что-то такое… живое, настоящее, как если бы она сама дышала.
Я смущенно улыбнулась, не зная, что ответить, как будто преследуемая острым ощущением нежности. Его голубые глаза нашли мои, и он слегка улыбнулся, заставив меня забыть о всех сомнениях.
– Я рад, что вы смогли приехать, Бабиана. Надеюсь, это начало долгого и плодотворного сотрудничества, которое откроет перед нами новые горизонты, – произнес он, подходя ближе, будто между нами возникла невидимая нить. – Я был бы счастлив, если бы мы стали друзьями.