Ночь, окутав всё вокруг, явилась непередаваемой пеленой густой тьмы. Маленький сад, прилегающий к зданию, казался таинственным и немного жутким с его тенями и таинственными шорохами. Тёмные аллеи, элегантные беседки, утопающие в непроглядной тени, уютные лавочки и мерцающий в темноте фонтан создавали атмосферу какой-то скрытой драмы, словно вся природа скрывала свои тайны. За высоким забором виднелись огни и силуэты машин, из которых выходили люди, рассасываясь в ночной темноте, как тени, стелющиеся по земле. Я продолжала звать Эшли, и мой голос звучал глухо и безнадёжно, теряясь в этой холодной ночной тишине. Надежда медленно таяла с каждой минутой ожидания.
И тут я наткнулась на него. Витторио. Он стоял, облокотившись на свою черную, огромную иномарку, словно тень, выросшая из непроницаемой темноты. Он медленно выдыхал дым сигареты, и запах табака, резкий и крепкий, разносился вокруг, заполняя собой всё пространство вокруг нас. Его фигура, подсвеченная тусклым светом фонаря, казалась ещё более внушительной и загадочной, подаренная самой ночи. Он выглядел так, словно знал, что я приду, именно сюда, в этой ночной тишине, среди теней и ароматов табака.
Я остановилась в нескольких шагах от него, наблюдая за тем, как дым сигареты медленно тает в ночном воздухе. Молчание затягивалось, и я решила первой нарушить его.
— Опять следишь за мной, Витторио? — спросила я, стараясь, чтобы мой голос звучал спокойно, хотя внутри всё дрожало от смешанных эмоций.
Витторио рассмеялся. Это был хриплый, прокуренный смех, полон иронии — он явно ждал этих слов. Его взгляд, хитро прищуренный, скользнул по мне, будто бы он оценивал мою реакцию, как хищник, взвешивающий свою жертву.
— Слежу? — игриво протянул он, флиртуя. — Дорогая, ты слишком красивая, чтобы оставаться незамеченной.
Его взгляд прошелся по моему платью, и затем он задержался на моих ногах, когда он делал медленную затяжку.
– Что за шоу ты устроил на аукционе? – спросила я, не в силах скрыть своего любопытства и заинтересованности. Он лишь выгнул бровь, будто бы изумлённый моим вопросом.
– Ты не знаешь, что такое шоу, Баби. То, что было... точно не шоу, а, скорее, вклад в твою карьеру. – ответил он, его слова отражали уверенность и задор.
– О, я должна тебя поблагодарить за это? – с усмешкой спросила я, хотя его самодовольство слегка злило меня, и он просто пожал плечами.
– У тебя красивые картины, и они стоят гораздо больше, чем я отдал за них. – неожиданно сказал Витторио, и в его голосе звучали искренние похвалы, – Поверь, я говорю правду, без преувеличения.
Я вдохнула, почувствовав, как тепло охватывает меня от таких слов, произнесённых мужчиной. Он ли это?
– Спасибо. – ответила я скромно.
Но холод уже пробрался под тонкую ткань платья, заставляя меня немного дрожать. Витторио заметил это, его взгляд скользнул по моему дрожащему телу с особой цепкостью, и он начал расстёгивать свой пиджак. В полумраке я увидела его фигуру. Чёрная рубашка обрисовывала его сильные, накаченные руки, широкие плечи и идеальную осанку…
Он подошёл ко мне и накинул пиджак на плечи. Ткань была мягкой, теплой, и я невольно вздрогнула от неожиданности и близости его теплого тела. Витторио усмехнулся, наблюдая за моей реакцией.
— Не стоит, — прошептала я, пытаясь отстраниться, но его пиджак приятно согревал и дарил мне уют.
— Стоит. Твои маленькие соски дали мне знать, что тебе холодно, — ответил он, его голос стал низким, хриплым, и в нём звучало что-то откровенное и в то же время провокационное. – Хоть ты и скрываешь свои эмоции, но то, как реагирует твое тело на меня, ты не сможешь контролировать. Ты бессильна, Caramella.
Его слова, пронизанные явным сексуальным подтекстом, заставили меня покраснеть и на мгновение замереть в полном недоумении.
Я почувствовала, как щеки воспламенились. Его уверенность, его напористость полностью обезоруживали меня. Я знала, что он играет со мной в опасную игру, но не могла сопротивляться ему.