Громкие стоны пронзили тишину номера, нарушая ту спокойную атмосферу. Эшли. Это была точно она, и ее голос звучал в унисон с каким-то незнакомцем. На нашей общей кровати, в хаотичном переплетении тел, она была захвачена страстью с каким-то незнакомцем. Их голые тела, слившиеся в экстазе, крики, полные похоти, — все это обрушилось на меня. Какой-то парень зачесывал волосы рукой назад, перевернув Эшли, и начал трахать её сзади. Подруга закричала, погружаясь в свои желания и требуя большего, на что тот, начал ускоряться.
Я отступила назад, закрывая дверь и стараясь избавиться от навалившегося шока. Как она могла?! Почему не предупредила?! Обида и злость захлестнули меня. Я выбежала на улицу, не в силах оставаться в этом месте ни секунды.
И тут я увидела её. Черную машину. Она всё еще стояла там, у обочины, словно ждала меня, как верный пес. Я подошла к ней, открывая переднюю дверь и залезая внутрь, словно искала спасения.
– Я же говорил, – усмехнулся Витторио, – Твоей подруге сейчас ты не нужна, ей нужен другой, ей нужен член.
Я почувствовала, как на сердце навалилась тяжелая гиря, словно кто-то положил огромный камень. Слова Витторио, произнесенные с такой ненавязчивой наглостью, заставили меня замереть на месте. Злость, которая бурлила внутри меня, вдруг улетучилась, сменяясь чувствами, которые я даже не могла осознать. Я знала, что он прав, но ненавидела, что чувствую себя такой уязвимой.
– Не начинай, Витторио, – произнесла я, стараясь бросить вызов ему, чтобы мой голос звучал уверенно, хотя на деле это было сложно. Ненавидела, когда он так легко заставлял меня чувствовать себя слабой.
Он прищурил глаза и, откинувшись на спинку сиденья, с легкой усмешкой отметил:
– Почему ты так злишься, Бабиана? Ты же сама пришла ко мне. Погоди, как там было? – будто он вспоминал о чем-то особенном. – «Каждое одолжение имеет свою цену»?
Не давая мне шанса проронить слово, он начал смеяться, и этот смех навевал во мне раздражение и желание одновременно, переплетая мои мысли в клубок противоречий.
– Я не собираюсь обсуждать Эшли. Это её жизнь, и мне не нравятся это всё, – произнесла я решительно, хоть и понимала, что это было лишь прикрытие для моей растерянности.
– А мне нравится видеть тебя такой… – Витторио поднимал бровь, в его взгляде читалась насмешка. – Ты всего лишь хорошая девочка, которая хочет вкусить все прелести взрослой жизни. Эшли хоть и плохая подруга, но она хорошо понимает мужчин. Уверен, ты бы хотела оказаться на её месте.
Его взгляд поджигал во мне дыру, и я не знала, как на это отреагировать. Его слова кололи, таща на дно, но в то же время притягивали. Я могла бы сказать, что не хочу больше разговаривать, что не собираюсь вспоминать о Эшли, но вместо этого решилась на шаг вглубь этой опасной игры.
– И что ты собираешься со мной делать? – спросила я, заставив голос звучать смело, не осознавая, что это может завести меня в еще более опасные глубины.
Витторио наклонился ко мне ближе, наши лица оказались так близко, что я могла различить каждый штрих его лица, каждую деталь — его темные глаза, цвет которых напоминал мне дым от табака, который он курил недавно, его губы, которые могли быть как нежными, так и грубыми за считанные секунды.
– Я могу многим тебя порадовать, – прошептал он, обостряя напряжение между нами. – Хочешь узнать, на что именно я способен, Баби?
Я потеряла дар речи, вместо ответа просто покачала головой. Мне не нужно было думать о последствиях, мне не нужно было заглядывать так далеко в будущее. Каждый момент, проведенный с Витторио, был полон обманчивого обаяния, и я сама выбирала этот путь. Я могла бы попытаться сбежать, но сейчас мне не хотелось возвращаться в серую реальность.
– Я могу многое тебе показать, могу многим тебя научить. Но захочешь ли ты этого? Не думаю, что ты готова к такому, Principessa, – предложил он, и, нажав на педаль, рванул вперёд.
По мере того как машины проносились мимо, у меня возникло ощущение, что я с легкостью могла забыть о мире за пределами этого жесткого кожаного салона. Вся ярость и обида, которые нарастали внутри меня, постепенно утихали под влиянием его уверенности, которая исходила от него.
Когда он снова взглянул на меня — этот взгляд, полный уверенности и притяжения — я осознала, что в данный момент не чувствовала себя жертвой. Я была той, кто принимал риск, и это было невероятно освобождающе, как взрыв эмоций, разрывающий старые оковы.