Он проводил меня до туалета, и через мгновение я оказалась внутри, всё ещё смеясь, но легкость постепенно сменялась на легкое головокружение, как будто мир раскатывался вокруг меня. В воздухе витал запах дезинфекторов и чего-то неопрятного, пробуждая во мне чувство тревоги. Я слегка прищурилась, пытаясь сосредоточиться, но всё вокруг плыло в странной симфонии.
Когда я повернулась, чтобы осмотреть. Взгляд мой упал на одну из кабинок. К чему-то меня потянуло, и я медленно, пошатываясь, подошла ближе. Открыв дверь, я замерла, не понимая, как это произошло. Словно клинок вонзился мне в сердце, обдавая холодом.
На полу лежало тело парня, и он был мертв. Мои глаза распахнулись от ужаса, и в сознании пробудилась остатки трезвости, возвращая меня в реальность. Его лицо было искажено унижением, на лбу виднелась ужасная рана, будто кто-то сильно ударил его, а вокруг — крики жизни, доносившиеся из клуба, теперь звучали так удалённо, как будто я попала в другой мир. Я не могла отвести взгляд, моя голова закружилась от этого кошмара, который я увидела. Кровь растекалась по полу, а реальность стала такой невыносимой, что я перестала ощущать тепло выпивки. Мысли рвались в разные стороны, но одно было ясно.
— Нет… — прошептала я, в ужасе осознавая, что происходит. Наконец, моя паника вырвалась на поверхность. Я закричала, от ужаса мне показалось, что ком в горле перекрывает дыхание. Я не могла остаться здесь, мне нужно было выбраться, но ноги не слушались, словно я замерла в кошмаре, пытаясь пробудиться от этого ужасного сна.
Глава 12
Витторио
Бас, как будто громогласный удар сердца, долбил в грудь, гулко и неизменно отдавался в ушах. Это было неприятное, но в то же время знакомое ощущение. Я, собравшись с мыслями, вытащил из кармана своих штанов пачку сигарет, вытаскивая одну из них с привычной ловкостью. Быстро зажег её, наполняя пространство вокруг густым дымом. В голове смешалось очень много различных мыслей, связанных с тем, что происходило вокруг, от чего я просто не мог сосредоточиться на чем-то одном. Сквозь громкие звуки, прорезался крик. Женский. Пронзительный, подобный животному. Крик не от боли, а от ужаса. Крик, который заставил меня похолодеть до самых кончиков пальцев. Крик Бабианы, загнанной в угол. Что там случилось?
Я бросил бычок на пол, притоптывая ногой по нему, почувствовав, как волнение нарастает внутри. Дверь туалета распахнулась, и я ворвался внутрь. Никого не было, кроме меня и Баби.
Она стояла, крепко прижавшись спиной к холодной стене, дрожа, как осиновый лист. Руки закрывали её лицо, пальцы впивались в нежную кожу, оставляя следы. Русые волосы, растрепанные и взъерошенные, прилипали ко лбу. Вдруг прорывался хриплый, невнятный всхлип, не поддающийся описанию. Я сделал шаг, еще один. Заметить не мог, но чувствовал, что где-то в углу рядом с кабинкой лежит тело. И в тот самый момент, когда я это осознал, я понял, что произошло.
Даже в этом хаосе, в этом пьяном угаре непонимания, я увидел это. Неподвижное, лишенное жизни тело. Девушка наткнулась на труп. И сейчас мне нужно было не мщение, не копы, не выяснение обстоятельств, а... спокойствие. Сначала — спокойствие. Потом — убрать все это дерьмо подальше отсюда, из человечества.
Я остановился, на расстоянии вытянутой руки, будто защищая её от мирских ужасов.
– Тихо, Баби. Успокойся, – прошептал я.
Я сделал шаг вперед, и мои догадки были реальны. В одной из кабинок, неподвижно лежал труп молодого парня. Он лежал в крови, и было совершенно очевидно, что его убили здесь. Несколько минут назад. Его убили выстрелом в голову, что доказывало его пробитый пулей лоб, сияющий алой кровью в мерцающем свете.
Чёрт, опять труп на моей территории!
Я обернулся к Баби, задерживая на ней свой взгляд, как будто хотел защитить её от того, что она видела и знала.
– Успокойся, Бабиана.
Моя рука потянулась к её плечу, медленно, осторожно, как к испуганной птице. Она не отдернулась, осталась неподвижной. Я знал, что сейчас важна только мягкость, только спокойствие. А после — нужно будет придумать, что делать с тем, что лежало на полу. Потом я этим займусь. Но сейчас только она.
– Он мёртв... – заплакала она, глядя мне в глаза, полные слёз и ужаса, – Как так можно?
– Да, Баби. Он мертв. Но сейчас это не имеет значения. Важна только ты. Посмотри на меня, – я мягко, словно в танце, взял её лицо в свои ладони, заставляя её смотреть в мои глаза. – Ты в безопасности. Я здесь. Никто тебя не тронет.