Ночь выдалась беспокойной, как буря, готовящаяся разразиться. Я ворочалась в постели, пытаясь унять дрожь, словно холодные пальцы страха сжимали меня. В голове роились обрывки разговоров, всплывали лица незнакомых людей, мозаика впечатлений и событий. Витторио… Кто он был на самом деле?
Рассвет встретил меня свинцовым небом и гнетущим чувством неопределенности. Я поднялась с постели, чувствуя себя разбитой, как старая кукла. Завтрак мне принесла какая-то девушка, но еда не вызвала аппетита, лишь удручала своей привычной банальностью.
Просидев в комнате несколько минут, я поняла, что пора выходить. Свою сумку я не могла найти здесь, только Витторио знал, где она, но мысль о ней обостряла мою настойчивость. Там были документы, ключи и, черт возьми, мой телефон. Дверь никто не запер, и это меня удивило. Вокруг была тишина... Хотя это и клуб, но утром здесь подозрительно тихо, как перед бурей. На стене, в коридоре, я заметила часы, и ужаснулась: был уже день, а не утро. Два часа дня. Долго же я спала.
Я вышла в коридор, ощущая себя чужой в этом месте, как потерянная душа, попавшая в незнакомый мир. Всё вокруг казалось зловеще спокойным, словно затишье перед бурей, тяжелое и давящее. Куда идти, я не знала, но интуиция подсказывала, что мне нужно двигаться в эту сторону. Я помнила, как вчера Мигель проводил меня через этот коридор, и каждый шаг отдавался эхом, усиливая мою тревожность.
Внезапно, из-за угла, как призрак, появилась знакомая фигура. Мигель.
– Ты напугал меня! – вырвалось у меня, когда я его узнала.
Он смотрел на меня с каким-то странным выражением, словно ждал моего появления, как будто знал, что я не смогу остаться на месте.
– Вижу, ты в поисках Витторио? Он здесь. Но боюсь, он немного занят. – сказал он, нарушая тишину своей спокойной интонацией. Его голос звучал ровно, без каких-либо эмоций, что придавало ему определенную неприязнь.
– Занят? – усмехнулась я, – Мне нужна моя сумка, и только он знает, где она.
– Это может подождать. – ответил Мигель, и я, не раздумывая, оттолкнула его, направляясь в место, где должен быть точно Витторио. Его кабинет.
– Плохая идея, Баби… – громко сказал мне напоследок Мигель, и я лишь покосилась на него, не желая слушать его предупреждения.
Что происходит? Вито кого-то убивает или что?
Дверь в кабинет Витторио была немного приоткрыта, когда я подходила. Но сделав еще один шаг ближе, я услышала громкие женские стоны, наполненные страстью и безвозвратным удовольствием. Я подошла ближе, заглядывая внутрь кабинета, и увидела эту картину, от которой кровь в жилах стыла.
Витторио и какая-то блондинка трахались прямо на столе, не обращая ни на что внимания. Девушка стояла раком, оперевшись руками об стол, а сзади стоял Вито, беспощадно вгоняя свое тело в неё, как будто это был единственный способ выразить свою власть. Она была голая, при каждом его движении её большая круглая грудь тряслась, и она сама закусывала губы, крича от удовольствия. Вито стоял сзади неё, размеренно врезаясь бедрами об её задницу, держа девушку в своих руках, крепко и уверенно. Он что-то говорил ей и усмехался, хватая блондинку за грудь, словно владел ей по праву. Он трахал её беспощадно, и ей это явно нравилось, это невольно шокировало меня до глубины души.
– Боже, Вито, давай быстрее! – застонала она, хватаясь за края стола.
– Ты такая, шлюха Рони… – усмехнулся Вито, делая резкие движения, – Грязная шлюха, бесстыдница!
– Да… – ответила она, – Еще, еще, пожалуйста!
От этой ужасной картины мне стало не по себе. Несказанно неприятно, и как-то даже больно. Я отступила на шаг, когда вдруг услышала этот женский смех, такой лукавый и вызывающий.
– О-о-о, за нами наблюдают. – после этих слов, взгляд Витторио вдруг перешел на меня, и его полное уверенности лицо улыбнулось, как будто он поймал меня на горячем. – Я не против, чтобы она смотрела.
Она усмехнулась, глядя на меня, я почувствовала себя неуместной, и Вито резко отстранился от девушки, на что та фыркнула, искренне недоумевая.
– Баби, как ты здесь оказалась? – спросил Вито, натянув на себя штаны, но даже этот жест не смог скрыть его самодовольства. Я сделала шаг назад, не в силах ничего сказать в ответ.
Я молчала, глядя на него. Отвращение, гнев, боль – все смешалось в один комок, застрявший в горле, как тронутый ядовитым злом. Он стоял передо мной, такой же самоуверенный и дерзкий, как и прежде. Как будто и не было той ужасной ночи, как будто и не было смерти, словно этот кошмар просто дочерние сюжеты их игры.
– Я… я пришла за своей сумкой, – прошептала я, с трудом выдавливая слова.