Его взгляд был пронзительным, способным заставить любого почувствовать себя неуютно, как будто бы он раскрывал внутренние тайны. Тонкий, прямой нос с едва заметной горбинкой придавал его лицу орлиный профиль. Губы были тонкими, но четко очерченными, часто сжатыми в тонкую линию, словно он был готов к борьбе. Подбородок, обрамленный аккуратной бородкой и усами, был волевым и квадратным, завершая образ жесткой мужественности. В целом, его лицо, несмотря на некоторую суровость, обладало грубой, притягательной красотой, которая в сочетании с опасной аурой, исходящей от всего его облика, делала его фигурой одновременно пугающей и завораживающей, словно магнита, который тянул к себе.
И, боже, как же я хотела его трахнуть, всем своим существом желала этого!
– Ты опоздала, – произнес он с ухмылкой, смотря на меня с явным интересом.
– Правда? – спросила я, улыбаясь, попытавшись сохранить лёгкость момента, – А я думала, что я достаточно быстро собралась.
Хавьер резко притянул меня к себе, впиваясь в мои губы своими. Я ответила на этот горячий поцелуй, и наши языки переплелись в танце страсти. Но, хотя волнение завладело мною, я резко оттолкнула его от себя, испытывая, как сила отталкивания вызывает у меня прилив адреналина.
– Я знала, что ты напишешь мне после.. – не успела я договорить, как он нахально перебил.
– После того жаркого секса? – усмехнулся Хавьер, и его глаза сверкнули азартом, – Как я мог не написать?! Давно я так не трахался.
Я усмехнулась, закусывая губу, смущённая его прямотой.
– Я тоже. Куда пойдем?
, и он взял меня крепко за руку, словно заполняя меня уверенностью.
– На пляж.
Лунный свет серебрил песок, освещая наш путь, когда мы шли по пляжу. Волны шептали свои тайны, разбиваясь о берег. Хавьер молчал, и это молчание было наполнено предвкушением, тревогой и обещаниями. Я чувствовала его взгляд на себе, изучающий и голодный, как будто он ждал момента.
Он остановился, развернул меня к себе и снова поцеловал. На этот раз медленнее, глубже, исследуя каждый миллиметр моих губ, словно пробуя вкус. Его руки скользнули по моей спине, прижимая меня ближе, а платье стало лишним, вскоре я ощущала прохладу ночного воздуха на обнаженной коже.
Он опустился на колени, целуя мой живот, бедра. В голове вспыхнули картинки вчерашнего вечера, и я застонала от возбуждения. Его губы нашли то, что искали, и мир вокруг перестал существовать. Пальцы Хавьера резко стянули с меня трусики, а сам он довольно быстро расстегнул ширинку на своих штанах. Я закусила губу, увидев его большой член, который в эту секунду нагнул меня и резко вошел в меня. Это было жестко, безжалостно, обжигающе. Его движения были быстрыми, жесткими, и вся моя сущность стремилась принять его. Я приподняла ноги, начав двигаться к нему на встречу, чувствуя, как мне становится все более трудно дышать от этой страсти. Мои пальцы начали массировать клитор, и я закричала, прося большее, горячее. Мужчина сжал мои ноги и стал сильно вдалбливать членом в мою киску, и мне стало не по себе. Стало больно и неприятно, хотя волны наслаждения захлестнули меня.
– В чем дело? – спросила я, задыхаясь от возбуждения и смятения.
Он резко посмотрел на меня, но в его взгляде было что-то, что меня пугало, заставляя почувствовать что-то тревожное.
– Ты знаешь Витторио Белловита? – спросил он, словно эта информация была ключевой, и вся таинственность поднимала давление.
Я точно помню, что кто-то отложился в моей памяти с этим именем, но кто. И тут же в памяти вспыхнуло это имя. Витторио. Тот мужчина, что приударил за Бабианой.
Сердце екнуло. Откуда он знает Витторио? И почему спрашивает об этом сейчас, когда всё идет к тому, что должно случиться между нами?
– Да, знакома, но не лично. Он ухаживал за моей подругой, Баби. А что? – мой голос дрогнул, выдавая волнение.
Хавьер усмехнулся, но эта усмешка не предвещала ничего хорошего.
– Ухаживал, значит? А ты знала, что этот ублюдок решил объявить награду за мою голову? Большие деньги. Очень большие деньги. – он резко схватил меня за ногу, притягивая на себя с силой, – Но дело в том, что он не знает, кого ищет. И его враг находится к нему очень близко. Этот враг трахает подругу, прямо сейчас, и, похоже, это я.
– Что? – спросила я.
Песок забивался под ногти, в складки платья, в слезы, которые могли бы пройти всю эту чудовищную ситуацию. Хавьер придавил меня к земле, его колено впивалось в спину, а лезвие ножа дрожало у виска, делая всё происходящее ощутимым.