Дни слились в один бесконечный и тягостный поток. Я потеряла счет времени, живя в каком-то странном полусне, как будто застряла в лимбе. Сидела допоздна в библиотеке, бездумно перелистывая страницы старинных книг, пытаясь заглушить тревогу, которая с каждым часом все сильнее сжимала моё сердце.
И вот, поздней ночью, когда тишину особняка нарушал лишь треск и потрескивание камина, я вдруг услышала снаружи шум. Звук подъезжающих машин, свет фар, режущий ночную темноту, и короткие сигналы автомобилей. Вскочив с кресла, я подбежала к панорамным окнам и резко отдернула тяжелые, бархатные шторы.
Мощные кованые ворота были распахнуты настежь, и на территорию въезжал целый кортеж черных машин, словно в каком-то фильме о мафии. Хотя это и была мафия. Сердце забилось чаще и быстрее. Витторио? Неужели он наконец вернулся? Эта мысль, как электрический разряд, пронзила меня, словно молния. Да, это должен быть он. Я чувствовала это каждой клеточкой своего существа, каждым вздохом и движением.
Через несколько минут до меня донеслись голоса с улицы. Много голосов, гулкий мужской говор, в котором преобладал быстрый, эмоциональный итальянский. Я не понимала ни слова, но нарастающее напряжение ощущалось физически, как магнитное поле. Не в силах больше ждать, я подорвалась к двери, желая увидеть, кто прибыл.
Дверь распахнулась, и в дом вошли несколько мужчин в строгих костюмах. Среди них я сразу узнала Витторио, а также Мигеля и Джулиано. При виде Витторио мое сердце замерло, а затем бешено заколотилось, как у воробья. Меня захлестнула волна противоречивых эмоций: радость от его возвращения, обида за то, что он исчез без объяснений, тревога за его состояние… Я хотела броситься к нему, устроить сцену, потребовать ответов, но…
Наши взгляды встретились, и в этот момент все слова стали совершенно лишними. В его глазах читалась усталость, напряжение и какая-то затаенная боль. Он выглядел измотанным, словно не спал несколько долгих суток. Стало ясно – с Витторио произошло что-то серьезное, что-то мрачное. И все мои обиды вдруг показались мелкими и ничтожными, словно пыль на витрине.
– Бабиана, очень рад, что ты меня решила встретить в столь поздний час, – подмигнул он мне, не сдвигаясь с места, как будто хотел немного разрядить обстановку.
Мне почему-то не хотелось говорить. Как будто язык не давал это, будто потерял свои слова. Я почувствовала на себе взгляды этих мужчин, полные любопытства. Мигель кивнул другим мужчинам, которые, сложив оружие, покинули дом, и они вместе с Джулиано поднялись вверх, оставив нас вдвоем, наедине с этим неловким моментом.
– Даже не обнимешь? – с какой-то издевкой, словно игриво, спросил он, подходя ближе.
– Ты издеваешься, чёрт возьми? – сказала наконец я, и тот закатил глаза, – Где ты был все это время? Почему ты мне ничего не сказал? И что с тобой опять произошло?
Он усмехнулся, и резко подойдя ко мне, схватив за талию, прижал меня к себе. Я почувствовала, как его теплое тело стало источником тепла. Этот жар пробрался мне прямо под кожу, а на душе стало спокойнее, как будто какой-то ураган утих. Я чувствовала запах, который исходил от него – запах сырости, крови и пепла. Что такое, черт побери?
Его рука прошлась по моим волосам, как будто Витторио пытался успокоить меня, словно я была хрупкой куклой.
– И что бы изменилось, если бы я сказал тебе, Баби? – спросил он, отстраняясь от меня, но не отпуская. Рука Вито лежала у меня на пояснице, поглаживая, трогая. Наши глаза снова встретились, и в этом взгляде было столько всего.
– Я бы не переживала так. – тихо ответила я, смотря на него, – Эти дни были невыносимы.
Он хитро улыбнулся, ненадолго отвлекшись от серьезного разговора.
– Мне приятно, что ты беспокоишься обо мне, правда. – ответил он с легким сарказмом, – Но не стоит. Со мной все хорошо. Я не сдох, как видишь, и я все еще здесь, с тобой.
Я толкнула его в плечо. Это возмутительно! Он может еще так легко об этом говорить, не осознавая серьезности ситуации?
– Перестань, – сказала я, и он усмехнулся, но после что-то в его глазах потемнело, и улыбка пропала вовсе, как вечерний свет.
– Хавьер мёртв. – сказал он, словно произнося приговор, – Я его убил.
Я замерла, не в силах поверить услышанному. Хавьер мертв? Как такое возможно? Именно поэтому Витторио не хотел, чтобы я знала об его планах, о его темной стороне. Он не хотел меня втягивать в это безумие, поэтому исчез на пару дней, словно тень.
– Мёртв? То есть, мы теперь будем в безопасности? – прошептала я, чувствуя, как внутри все похолодело, как будто ледяная волна обрушилась на меня.