Селена щелкнула пальцами, и свеча на ее тумбе медленно замерцала синим огоньком, освещая успевшую утонуть во мраке прохладного летнего вечера комнату. Что ж, наверное единственное, чем она могла похвастаться это своим отточенным мастерством в области бытовой магии. И все же хорошая из нее получится секретарша, горько подумалось ей. Кому-то ученая степень, кому-то престижное место в королевском совете, а кому-то работа статистки в захламленном архиве. Что ж, такова жизнь Сели…нечего сопли на кулак наматывать. Учись и возможно ты станешь той, кому не стыдно будет рассказать о себе.
Девушка перевернулась на живот и вытянула руки вперед, засовывая их под подушку. Теплый знакомый корешок книги коснулся ее рук, сразу же согревая собой озябшие пальцы. Закладка осталась на том самом месте, где в последний раз остановилась девушка.
шептали нежно и красиво
проснувшейся любви слова…
Прошептала она одними лишь губами. Пальцы безжалостно загнули уголок страницы, оставляя себе возможность в будущем снова прочесть это стихотворение. Как оказалось, мама в молодости была талантлива не только в магии. Она умела создавать прекрасные вещи, в том числе и эти стихи. Маленький затертый томик она нашла уже давно, в старом сундуке на чердаке их небольшого имения. Там было множество вещей, оставшихся после ее смерти. И об этом сокровище она так и не созналась отцу, хотя он несомненно имел самое прямое отношение к этому томику признаний. Аманда много писала об их отношениях с Элрионом, и если вы подумали, что это сборник стихов, то здорово ошиблись. Это был ее личный дневник, где она отображала только свои самые смелые мысли и чувства. На последнем листе, единственном не разрисованным картинками, красовалось послание своей будущей дочери. Всего пару строчек, но в них было столько теплоты, что девушка иногда позволяла глазам ронять слезы, понимая, что отдала бы все на свете, лишь бы услышать их из маминых уст.
Живи так, чтобы ничто не заставило тебя потерять себя, моя Сели. Храни то, единственное, что у тебя есть – свою душу. И тогда никакая тьма не сможет поглотить тебя…
Твоя мама.
Девушка часто засыпала с ним в обнимку, так вышло и в этот раз. Усталость взяла свое и та провалилась в долгожданный сон. А на утро ее разбудил довольно бодрый и веселый голос соседки, которая щебетала просто без умолку, будто та и не пришла вчера практически за полночь.
-Боже…Ви…Потише, - схватилась девушка за голову, -Где ты вчера была так поздно?
-А? Ты наверное что-то напутала Сели. Я вчера вернулась не так уж и поздно.
-Да ну? – не верящим взглядом кольнула ее Сели.
-Ну да, - улыбнулась она.
Селена закатила глаза и отправилась в ванную комнату, на что Виктория только обиженно вздохнула, прекрасно понимая, что подруга давно научилась вычленять ее ложь просто за версту.
-Что-то ты сегодня не в настроении. А ведь у нас первое занятие у нового преподавателя, - постаралась она переключить ее внимание.
Внутри сразу же все съежилось. Не хотелось думать о плохом. Основы менталистики давались ей практически так же, как и все остальные узкоспециализированные предметы, однако только эти занятия всегда вызывали в ней определенный мандраж и беспочвенную тревогу. Морбиус Крейг привил ей особую любовь к этому предмету. Определенно.
В большой аудитории было заметно оживленно, многие толпились кучками и что-то заведенными голосами обсуждали. Девушки быстро протиснулись между рядами студентов и уселись на свои места в самом низу. Селена всегда выбирала зону посадки по ближе к преподавателю, иначе велик был риск что-то пропустить, а Виктории просто пришлось смириться с этим фактом, однако наверное будь ее воля, девушка бы уже давно утащила ее на самый верх, по дальше от возможности быть замеченной преподавателем.
Прошло не так много времени, прежде чем дверь из лаборантской открылась и все голоса вокруг стихли.