Выбрать главу

Селена сказала, что хочет достойно трудиться на благо королевства, вот же! Да Райтвуд бы сейчас со смеху умер у себя в кабинете. А она и правда горела этим. Такая талантливая девушка не должна находиться рядом с убийцами. Зубы снова скрипнули, но Элион едва ли что-то мог с этим поделать. Ее просящий взгляд в который раз не оставил ему шанса противиться ей. Когда кто-то о чем-то очень сильно мечтает, его вряд ли можно остановить. Единственное что нужно в такой ситуации сделать – это отступить в сторону и дать человеку пройти, а еще лучше помочь, чтобы тот не натворил чего по глупости. Поэтому он и решил все взять в свои руки. И будь что будет, лишь бы она себе этим не навредила. Селена была умной девушкой, но пока еще совсем неопытной.

Словно в подтверждении его мыслям, она неожиданно расплакалась. Элион даже не понял сначала что произошло. А потом все резко встало на свои места, и ее утреннее настроение, и общая подавленность. Девушка все же решила признаться ему кое в чем. Оказывается ее обеспокоенность за другого человека не так давно сыграла с ней злую шутку. Однако другая сторона ее проступка была еще интересней. Селена даже не задумалась, когда применяла свои навыки на практике, это случилось на автомате. Почему-то эта мысль странно взбудоражила его. Грех было такое поощрять, да на его родине за такое могли привлечь по всей строгости, не смотря на все благие намерения. А он сидел и радовался как ребенок за нее. Такая талантливая девушка просто обязана была овладеть собственной силой в полной мере, чтобы впредь не наделать еще больше ошибок и научиться принимать ответственные решения. Что из этого могло выйти ему только оставалось догадываться, но терять такую возможность он точно не собирался. Возможно в скором времени он переубедит ее идти в КСС. Возможно даже покажет во всех красках то, что девушке предстоит совершать отныне каждый божий день. И тогда она передумает, пойдет по другому пути в жизни, более правильному и безопасному для нее.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Их практические занятия теперь мало походили на привычный образовательный процесс. Элион не был с ней осторожен, не выбирал, как и что сказать. Его цель была иной – научить ее в первую очередь защищать себя и действовать быстро и аккуратно. Однако Селена хотела большего, ее энтузиазм пришелся бы по вкусу магистру Дарлону будь она северянкой. Вот только людей ни за что не посвящали в тайны, хранимые за семью замками. И Элион опасно ходил по этой грани. Кое-что он все же позволили ей узнать – те некоторые вещи, не самые безопасные, но и не смертельные. Молодой человек все чаще себя ловил на мысли о том, что постоянно старается обезопасить ее, отгородить от жутких вещей и просто не забивать ее голову тем, что ей не нужно было знать. Такого рода забота о собственной студентке иногда заставляла его о многом задуматься. Однако и прекратить он это никак не мог, все выходило само собой. В такие моменты Элион часто себе говорил - Дарлон также о нем заботился, и в этом нет ничего дурного.

Вот только нельзя было отрицать того, что кое-что, но он все же чувствовал рядом с ней. Селена была далеко недурна собой, воспитана и сдержана. Ее тяга к знаниям уже давно подкупила эурина, ведь с ней он становился не просто преподавателем, а ее личным наставником в жизни. Более того, грешно говорить, но он чувствовал, что уже давно занял определенную нишу в жизни девушки. А все потому, что каждый божий день видел в ее глазах восхищение им и его знаниями, и умениями. И это просто до безобразия кружило его голову. Кроме того, Селена создавала вокруг них некую откровенную атмосферу, где можно было говорить, о чем угодно, думать обо всем, что тревожит и не бояться осуждения со стороны, а самое главное об этом точно никто бы ничего не узнал. Это был совершенно другой мир, новый и непохожий ни на что – и это был тот мир, где жили только они двое. Именно эти мысли и заставляли его чувствовать все то, что его так недавно начало тревожить ночами. Странная дружба со студенткой, тем более забота и опека над ней были чем-то новым для него. И он пока не раскусил до конца собственные чувства.