Почти все его детство ушло на то, чтобы постичь собственную магию. Саргрейн проводил с ним множество часов за закрытыми дверьми своего кабинета. В те моменты мальчику приходилось испытывать на себе ужасную давящую магию его отца, который заставлял неокрепшее сознание инстинктивно защищаться, и безуспешно оборонять своего пока еще маленького хозяина. Отец не жалел его, грубо разрывая границы его природной защиты и практически играючи ломал хлипкие замки на всех дверях его разума. Он умеючи вскрывал его страхи, давил на слабости и бросал в лицо постыдные для мальчишки вещи, кои Элион так упорно пытался спрятать от прозорливой магии отца. Будь то первая влюбленность, или же глупый проигрыш в драке с сыном их личного конюха, не важно.
Отец все увидит, все узнает. Заставит его почувствовать себя жалким и беспомощным слюнтяем, не способным ни защитить себя, как мужчина, ни запудрить мозги глупой девчонке. Безуспешные попытки замуровать свое сознание от него каждый раз, заканчивались провалом. Иногда ему казалось, что тот получает даже некоторое удовольствие от этого, заставляя мальчика чувствовать себя противным насекомым под его ботинком. И только любовь матери, помогала Элиону справляться с этим. Луиза выкраивала время, в тайне стараясь утешить собственного ребёнка, обнять и пообещать, что все будет хорошо. Что отец любит его, что все это только ради его блага. А после грустно замирала и ещё очень долгое время гладила его густые светлые волосы, перебирая их тонкими пальцами, и смотря куда-то в одну точку пустым взглядом. Вот только... Вскоре не стало и её. В семь лет он лишился единственного луча света, который помогал ему все это время выходить из черной тьмы. Единственное, что от неё осталось это множество кожаных плетеных шнурков с различными украшениями, будь то янтарь, в котором на веки застыла чья-то жизнь или странные металлические монетки, а также множество широких гладких колец и прочих драгоценных металлических атрибутов. Никакой магии эти вещи не несли, но женщина в свое время почему-то упорно не выпускала их из рук, нервно плетя очередную безделушку. Отец ей даже привёз специальный ларец из хрусталя, откуда-то из соседнего королевства, где та хранила все эти странные вещи.
Смерть Луизы произошла от остановки сердца. Ей было только тридцать. Совсем молодая и цветущая женщина слишком рано закончила свою жизнь. Отец в тот день лютовал, рыдал и громко кричал в бессилии раскидывая и ломая вещи, попадающиеся ему на пути. Прислуга испуганно попряталась, словно мыши по норам, а люди Саргрейна ещё долго не могли его привести в себя. Элион хорошо запомнил тот день, глухая боль до сих пор саднила его сердце. Вот только он и не думал, что тьма, живущая в душе его отца, была на столько велика. Все это время он думал, что видел его настоящего, что знает, что он за человек. Но Элион никогда ещё прежде так не ошибался.
Отца поглотило безумие с уходом Луизы. Теперь его сердце, выточенное из камня, давно разбилось в пыль и серую крошку, и больше в его душе уже не было ничего светлого. Луиза все забрала с собой в могилу.
А время шло, шло и не знало пощады. Элион взрослел и взрослела его магия, его взгляды, его принципы. Он знал, что делит жизнь с человеком, некогда ставшим его отцом, но больше не считал его таковым. Саргрейн с каждым днем топтал последние ростки его детской привязанности к нему. Спустя столько лет внутри него почти все умерло и можно сказать, что Элиона уже давно ничего не связывало с отцом. Фамилия О Дей, теперь обязывала его многим вещам. Например обязательно закончить академию Северного королевства, вступить на высокую должность и унаследовать все состояние "отца". Вот только в аду он видел все эти правила вместе с тем же Саргрейном и его деньгами. За то, что «отец» с ним сделал, ему была уготована отдельная могила на кладбище.
Демон сидящий в Саргрейне продолжал воспитывать в Элионе гения магии. Однажды он собственными руками едва не задушил сознание сына, надеясь на то, что тот ответит ему в равной степени. И он ответил. Саргрейн в последнюю минуту успел выскочить из границ его разума и выставить защитный блок, который впервые дал трещину. Только после этого было принято решение отправить сына в академию. Он посчитал его готовым для этого. Однако и сам Элион впервые почувствовав крохотную возможность того, что в силах дать отпор, все чаще начал ощущать манящий вкус возмездия его «отцу». За все годы унижений, за всю боль и травмы, что этот монстр причинил ему. За то, что тот не посчитал своего ребёнка "своим". За то что позабыл, что он отец. Пусть знает, что его кровь хоть и разбавлена, но он такой же эурин, нет, не такой же. Намного лучше, чем он. В его душе нет того, что есть в душе Саргрейна. И он докажет ему однажды обратное. Он пожалеет обо всем, что сделал.