Сердце колотилось. Нужно было быстро соображать. Дверь кухни была всего в трёх метрах.
Луковое Дыхание не был высоким мужчиной, и, с адреналином, переполнявшим мои вены, всё, чему меня научили братья о самообороне, сосредоточило мои мысли на том, как выбраться из этой ситуации. Если бы только…
Запах лука исчез, оставив после себя свежий, восхитительный воздух. За грохотом стали по тротуару послышалось приглушенное хрюканье.
Мои глаза запутались, пытаясь разобраться в клубке теней. Напавшего на меня мужчину держал в захвате за руку неизвестный спаситель. Высокий мужчина с широкой спиной встал перед схватившейся парой и, контролируя силу, дважды ударил моего нападавшего кулаком.
— Отведи его в подвал, — приказал он тоном, в котором сквозила ярость.
Цезарь повернулся ко мне. Луна выскользнула из-за облаков, отбрасывая зловещие тени и свет на его лицо, придавая ему неземной вид. Он больно схватил меня за плечи.
В ответ на мой вопль послышалось бормотание извинений, а затем хриплое: — Ты в порядке?
— Да.
— Чёрт, — прошипел он. Его палец осторожно поднял мой подбородок к лунному свету.
— У тебя кровь идёт.
Я отступила на шаг.
Его глаза, тёмные, как ночь, напомнили мне демона.
— Это всего лишь царапина. Я в порядке.
Его руки упали по бокам, сжав кулаки. Он кивнул в сторону, где Луковое Дыхание исчезло вместе с моим другим спасителем.
— Мне нужно с этим разобраться.
— Что ты сделаешь? — спросила я.
— Всё, что необходимо для твоей безопасности.
Глава 4
Цезарь
Чертов Сильвио.
Я подавил ярость, сосредоточившись на тлеющем кончике сигареты, висевшем между пальцами. Нетерпение разливалось по коже. Я наблюдал за нашими гостями со второго этажа. Внизу, за мной, они не замечали насилия, которое чуть не произошло за стенами этого особняка. Не замечали и насилия, которое я собирался учинить, как только закончу свои обязанности старшего наследника Де Луччи.
Рядом со мной появился Паули.
— Всё готово.
— Тебя никто не видел?
— Нет, мы воспользовались входом в подвал, расположенным в задней части дома.
Я затянулся.
— А Ава?
— Они ушли несколько минут назад, — сообщил мне брат. — Слушай, не стоило подходить к ней на кухне. Ты только что устроил кучу проблем, а это нам сейчас совсем не нужно.
Я не ответил ему сразу и выдохнул струйку дыма.
— Контролируй свою жену.
— Чёрт тебя побери, Цезарь, — прорычал Паули. — Думаешь, только Карлотта заметила, что ты не мог отвести глаз от Авы? Все, — подчеркнул он. — Все заметили, как ты следил за ней взглядом. Мы всё ещё могли бы представить это как будто тебя интересует какая-то задница, но тебе придется отступить, пока мы сами не решим свои проблемы.
— Во-первых, — процедил я сквозь зубы. — Никогда не называй Аву какой-то задницей.
— Иди нахуй, — резко ответил Паули, — ты же понимаешь, о чём я. Я имел в виду, как её видят мафиози. Если ты будешь так реагировать каждый раз, когда кто-то из этих ублюдков оскорбляет её, то у нас проблемы.
Мой брат прав. Мне нужно сдержать свою одержимость Авой Макграт. Одержимость, которая началась полгода назад, когда я заинтересовался семьёй Макграт после того, как один из её братьев устроился на работу в прокуратуру Южного округа.
Она была проблемой, которую я не собирался распутывать сам. Моё досье на неё граничило с преследованием. Она понятия не имела, на какие ухищрения я пошёл, чтобы встать у неё на пути.
— Ты даже не замечал ее, когда она проводила время со мной, когда мы были подростками, — заметил Паули.
Я взглянул на брата.
— Мы уже говорили об этом раньше. Когда ей было пятнадцать, мне было двадцать шесть. Я не педофил.
— Я знал, что она станет красоткой, — продолжил он.
Я сердито посмотрел на него. Паули знал, как меня задеть. Он усмехнулся: — Эй, со мной ей комфортнее. Запомни это.
— Я не собираюсь обсуждать это с тобой.
— Это мне она позвонила на работу в кейтеринг. Не вини себя за это.
Я втянул ее в ситуацию с Сильвио. Сблизившись с ней, я поставил ее на всеобщее обозрение. Я недооценил её влияние на меня, когда мы оказались в одной комнате. Мне нужно было увидеть её вблизи. Увидеть лицо, пленившее меня всего лишь по фотографии. Реальность, превосходящая фантазию. Ни тёмная, унылая одежда, ни скрученные в узел пламенные волосы не могли скрыть ту энергию, что струилась из каждой поры. Вот что пугало Карлотту. Вот что хотел разрушить Сильвио. Вот чем я хотел обладать. Смертоносным сочетанием невинности и силы Авы.
— А как насчет охранника, которого подкупил Сильвио?
Паули издал звук отвращения.
— Мои люди устроят с ним показательный урок. Извини, брат. Я лучше проверю охрану папы.
— Деньги не проблема.
— Чёрт возьми, я знаю, — прорычал Паули. — Росси пытаются выставить нас слабыми.
Это была одна из причин моего возвращения. Борьба за власть. Мой дядя, исполняющий обязанности главы семьи, сосредоточился на семейном бизнесе, и я боялся, что папа может стать мишенью, если семьи в Нью-Йорке начнут конфликтовать. Казалось, теперь все были на волоске от смерти.