Двое солдат Де Луччи стояли у крыльца и кивнули, пропуская нас. Оттуда мы поднялись на лифте с ножничными воротами на верхний этаж. Поднявшись на четыре пролёта, мы достигли места назначения.
В отличие от первого игрового вечера, когда игроки были в дорогих костюмах, общались за фуршетом и пили дорогое вино, сегодня утром они сняли пиджаки и галстуки и закатали рукава. Некоторые дремали, развалившись на диванах, другие же набивали животы пончиками и пили кофе. Два столика из пяти оставались занятыми.
Все гости в этой игре должны были участвовать. В отличие от приглашенных в подпольное казино, которое я организовал в castello15 на озере Комо в Италии, они могли приводить с собой жён или подруг, но их биографические данные подвергались строгой проверке. Гостевые номера в этом замке обладали удобствами пятизвездочного отеля. Если эта игра в Палермо была эксклюзивной, то та была элитной, где минимальные ставки начинались от ста тысяч, и предела не было. На кону мог стоять особняк или нефтяное месторождение, и никто бы и глазом не моргнул. От шейхов и китайских бизнесменов до российских олигархов я предлагал острые ощущения от нелегальных азартных игр с высокими ставками, чтобы потешить их самолюбие.
— Денежный Человек, — раздался голос позади меня.
Стиснув зубы, я обернулся и увидел Тони Кэпа, улыбающегося, как акула, и направляющегося ко мне. Блядь. За ним стояли двое мужчин в кожаных куртках. Они даже не пытались скрыть татуировки на шеях. Российская организованная преступность.
Тони представил своих гостей как Ивана и Антона Петровых. Мне нужно было поговорить с дядей, так как этих русских не было в списке приглашённых.
Состоялся обмен рукопожатиями.
— Не видел тебя в прошлое воскресенье, — сказал я Тони. — Я послал Сильвио.
Его взгляд был испытующим.
Моё лицо ничего не выражало.
— Значит, с ним всё хорошо?
— Ничего от него не было. Я начинаю волноваться, — сказал он, всё ещё глядя на меня. В его словах был двойной смысл. Беспокоиться, что его кузен погиб… или, что он перешёл на другую сторону.
Я без колебаний уничтожил всех мерзавцев, как Сильвио. Разве это сделало меня таким же кровожадным психом, как Тони?
Может быть.
Я бы с этим смирился.
— Я сказал Джеки, что если вспомню что-нибудь ещё, позвоню ему.
— И ещё кое-что, — прервал меня Тони, прежде чем я успел отвернуться. — Нам нужно обсудить с тобой кое-что важное. — Он кивнул незваным гостям. — Иван и Антон — совладельцы «О’Тула».
— Значит, слухи правдивы? — усмехнулся я презрительно.
— Зачем русским владеть ирландским пабом? Вам бы лучше остаться в чайном или водочном баре.
Двое незваных гостей нахмурились так, что я порадовался, что мое оружие при мне.
— Не в твоем стиле следовать стереотипам, Де Луччи, — сказал Тони.
— Мне не нужна лекция, — сказал я ему. — Это моя карточная игра. А их, — я кивнул в сторону Петровых, — в списке гостей не было.
Иван ухмыльнулся: — О, ты нам должен.
Я прищурился. — Что ты, чёрт возьми, несёшь? — Другой русский кивнул Тони.
— Покажи ему.
— Ты уверен, что не хочешь пойти в более безопасное место?
Тони вытащил коричневый конверт из кармана костюма и протянул его мне.
Застигнутый врасплох, я сумел сохранить бесстрастное выражение лица, небрежно приняв конверт. Я вытащил единственное его содержимое.
Фотография.
Эрик, который молчал, заглянул мне через плечо.
— Ну и чёрт меня побери.
Я мотнул головой, приглашая их следовать за мной. Повернув направо в коридоре, я прошёл через французские двери на балкон. Свежий осенний воздух обжигал кожу.
Я вернул конверт Тони.
— Не понимаю, что ты хочешь этим доказать. Наверняка я не единственный мужчина, которому нравятся стрип-клубы.
— Верно. Но, полагаю, ты не хочешь, чтобы мисс Макграт узнала. В конце концов, ты вышел из её квартиры и направился прямиком в тот бар.
У меня под глазом дрогнул мускул. — Тони, за мной следят?
— Нам нужно, чтобы ты перестал совать свой нос в наши дела. В бизнес Горски.
Я выгнул бровь.
— Де Луччи просто помогли ему выбраться из передряги.
— Из-за этой Макграт.
— Паули сделал это в качестве одолжения другу.
Тони налетел на меня.
— И всё же это ты её возишь. Она чудесная девушка, твоя Ава. Или это просто мимолётное увлечение, а? Тебе всё равно, узнает ли она про эти танцы на коленях?
Я представлял себе этих трёх ублюдков, уже мёртвых и истекающих кровью на полу с вышибленными мозгами, но не мог показать, как много для меня значит Ава. Не без чего-то, что можно было бы держать над их головами, и будь я проклят, если позволю этим ублюдкам победить меня в моей же игре.