– Смотри.
Мне остается только одно: подчиниться.
Чем больше я всматриваюсь в мерцающую глубину камня, тем голос дракона становится все более отдаленным, доносясь как будто сквозь плотные слои ваты. Черная поверхность камня затапливает собой все вокруг. Она вокруг меня. Она внутри меня. И проникает еще глубже, убирая все посторонние образы и звуки.
Крошечные искорки-звезды вспыхивают тут и там, погружая меня в подобие транса. Лишая сознания. Воли. Что-то ломая во мне. Что-то шепча. Слов не разобрать, они минуют мой слух, откладываясь сразу в голове, как команды. Откуда-то я точно это знаю.
«Ментальное внушение?» – мелькает на краю затуманенного, уставшего от борьбы сознания мысль. Вот только это уже ничего не меняет.
Вспышки черных крошечных звезд усиливаются, ритмичной пульсацией отражаясь в моих расширившихся зрачках. А потом взрываются резкой болью в висках, и я теряю сознание.
*****
Прошлое...
– Тиль! – мама в своих мягких кожаных туфельках неслышно приближается сзади и обнимает меня со спины. – У тебя все хорошо?
– Ага, – нарочито беззаботно отвечаю я, вглядывалась в бескрайнее синее небо над замком с плывущими по нему пушистыми облаками. Яркое солнце слепит глаза, и я прищуриваю их, наблюдая, как под длинными ресницами собирается радуга от непролитых слез.
Просто я не хочу, чтобы мама сейчас видела мое заплаканное лицо. В четырнадцать лет многое воспринимается слишком остро, а у меня есть причина, чтобы спрятаться тут ото всех: лучшая подруга увела парня, который мне нравился. Между нами ничего еще не было, но мне казалось, он выделял именно меня.
Вот именно, что казалось.
– У меня сейчас будет экскурсия, – мама, работающая смотрительницей, а заодно и экскурсоводом в одном из старинных замков, иногда берет меня с собой на работу. – Погуляй пока по замку, но ничего не трогай, хорошо?
– Конечно, мам, я знаю правила.
– Вот и умница, – она звонко чмокает меня в щеку, и, напоследок взъерошив мои черные волосы, уходит.
Стоя на вершине одной из башен, я вижу, как ее маленькая стройная фигурка показывается на улице, чтобы встретить очередную группу иностранных туристов. Сначала она расскажет им общие сведения о замке, а потом поведет внутрь, знакомить с интерьерами. Это я тоже знаю.
Вздохнув, я начинаю спускаться по винтовой лестнице вниз. Замок, которому около тысячи лет, я изучила как свои пять пальцев, облазив тут каждый уголок.
Когда была совсем маленькой, представляла себя принцессой, чинно прогуливающейся по анфиладе его залов. Став чуть постарше, как и все дети, мечтала найти тайную комнату и спрятанные в ней сокровища. Правда, так ничего и не нашла.
И тем более удивительно сейчас увидеть на одной из площадок башни, залитой светом, вещь, которой здесь по определению быть не может. Старинную брошь в форме рубиновой вишенки с листочком из изумрудной эмали.
Странно. Последняя экскурсия была в замке три дня назад, и я точно знаю, что мама не водила туристов на эту башню, считающуюся самой старой. В любом случае брошь надлежит отдать, владелец наверняка уже ищет ее.
Наклонившись, я протягиваю руку, касаясь кончиками пальцев манящего сверкающего камня и... просыпаюсь.
*****
Какое-то время я продолжаю лежать неподвижно, вспоминая недавно виденный сон. Вновь болезненно остро отдавшийся в сердце и разбередивший старую рану. Почему я увидела его именно сегодня?
Прошло уже пять лет с тех пор, как я попала в этот пугающий мир, а прошлая жизнь все еще не хочет меня отпускать. Снится мне снова и снова, как будто это было только вчера. Замок, стоящий на вершине холма под искрящимся солнцем. Мамины теплые руки, обнимающие меня со спины.
И проклятая брошь-подвеска, что я до сих пор ношу, спрятанной в корсаже. Ни на миг не давая себе забыть о разнице между той, счастливой жизнью, и этой – пугающей.
Я размыкаю тяжелые веки и тут же рывком поднимаюсь с постели, потому что место, где я оказалась, совершенно точно не моя скромная комната. Судя по роскоши обстановки – ковру с высоким ворсом, креслам, обитым винным бархатом и огромному ложу, на котором я лежу, это спальня для важного гостя.
«Аш Хара», – отчетливо понимаю я, и паника затапливает с головой.
Этот мерзавец что-то сделал со мной в кабинете. Применил свою магию, чтобы я... что? Стала покладистой? С готовностью раздвинула ноги, когда он прикажет?
В любом случае мне предстоит сейчас это выяснить, потому что я слышу, как хлопает входная дверь в гостиной и раздаются знакомые шаги, а спустя мгновение на пороге спальни застывает он.