— Я не знаю, но раз он сказал «сразу», значит сразу. Не подставляйте меня, очень вас прошу. Если ему все понравится, он обещал регулярно прибегать к услугам моего салона, а я бы очень не хотела терять такой заказ.
Женщина посмотрела на меня с мольбой, и я вздохнула. Мне не понравилось, что Ледовский, судя по всему, решил регулярно устраивать мне такие сеансы красоты, но поделать я ничего не могла. Да и женщина выполнила свою работу идеально, поэтому подводить ее тоже не хотелось.
Войдя, я сделала два бесшумных шага, боясь отвлечь на себя внимание, и встала у стены возле двери.
— …рост есть, предприятия увеличивают объемы, но проблема в том, что большинство граждан не ощущают улучшения на себе. Для большинства инфляция превышает рост доходов и возникает ситуация, когда страна в целом богатеет, а население бедне…
Ледовский заметил меня, запнулся и изменился в лице. Из-за того, что он так резко оборвал свою речь, все проследили за его взглядом и тоже теперь смотрели на меня.
Стало так неудобно, что я сразу же развернулась и хотела выйти, но оказалось, что дверь за моей спиной была уже закрыта, а открыть ее, значило издать слишком много шума и испортить запись звука. Я нерешительно переминалась с ноги на ногу, не зная, как поступить, пока Ледовский, все еще глядя на меня, пробормотал:
— Моя политика рассчитана на то, чтобы обеспечить населению понятные, ощутимые результаты. Все, что я хочу — это расцвета нашего региона. И я готов ради этого на все.
— Вы много говорили о повышении зарплат, станет ли это вашей ключевой тактикой в борьбе с…
— Сделаем перерыв, — перебил его Ледовский.
Интервьюер явно удивился, но Ледовский не спрашивал, а ставил перед фактом, и никто из присутствующих не осмелился ему возразить.
Он резко встал и под удивленными взглядами подошел прямиком ко мне, схватил за руку и вывел в коридор. Крепко удерживая мое запястье, он стремительно шагал и тянул меня за собой, а я чуть не упала из-за каблуков, к которым еще не успела привыкнуть. Он шел так быстро, что я еле за ним поспевала.
Ледовский привел меня в другую комнату, толкнул внутрь и закрыл дверь. Когда замок щелкнул, я вздрогнула и интуитивно сделала шаг назад.
— Извини, я не хотела мешать… — пробормотала я. — Не знала, что ты занят. Та женщина сказала пойти к тебе, вот я и… Надо было все-таки снаружи подождать!
— Она отлично поработала, — хмыкнул он. — Вот теперь мне все нравится. Идеально…
Он оценивающе оглядел меня, и мне стало очень неприятно от этих слов. Чувствовала себя куклой в его руках — захотел раздел, захотел приодел, а захотел — сломал и выбросил.
— Подойди ко мне, — приказал Ледовский.
Его глаза так странно заблестели, что я, наоборот, сделала еще один шаг назад.
— Давай я здесь подожду, пока ты не закончишь интервью… Я больше не буду отвлекать. Это случайно вышло.
— Подойди я сказал.
— Тебе ведь нужно… закончить… Они ждут…
— Я лучше знаю, что мне нужно. Если не подойдешь, я сделаю это сам — но, поверь, так будет хуже для тебя.
Сглотнув, я нерешительно приблизилась к нему, а он вновь схватил меня за руку и резко дернул на себя.
— Впредь не заставляй меня повторять, — выдохнул он, обжигая мое лицо горячим дыханием. — Или тебе напомнить, что ты в моих руках? Как и все, кто тебе дорог… Может мне отправить кого-то навестить твою бабулю?
— Н-не надо…
— Тогда будь послушной, Леночка. Не выводи меня из себя. Если я что-то приказываю, выполняй это сразу. Иначе накажу.
На последних словах его губы растянулись в улыбке, и я вздрогнула. То, как он смотрел на меня в тот момент, пугало.
— Чего ты хочешь? — пробормотала я.
— А ты еще не догадалась?
Я молчала, и он притянул мою руку к своему паху, ясно давая почувствовать, что возбужден. У меня похолодела спина. Я попыталась отдернуть ладонь, но он удержал.
— Говоришь, мне надо вернуться и дать интервью? А теперь посмотри, что ты со мной сделала. И как, по-твоему, я должен работать в таком состоянии?
— Я не виновата, — чуть не плача, сказала я. — Отпусти! Пожалуйста!
— Еще как виновата, — хрипло прошептал он, проведя пальцем по моей губе. — Ты легко отделалась вчера, а я всю ночь думал только о том, чтобы вернуться и трахнуть тебя по-настоящему. Знаешь почему сдержался?
— Почему? — мой голос предательски дрожал.
— Давал тебе время привыкнуть. Мне нравятся раскрепощенные женщины, а не те, что трясутся как банный лист и падают в обморок при виде члена.
— Вот и найди себе раскрепощенную! Разве их мало? Они же наверняка сами на тебя вешаются!
— Вешаются, — кивнул он.
— Вот и иди к ним!
— Не хочу. Ты меня зацепила.