Невольно закатил глаза. И Шабанов – профессионал своего дела, который знает, на какие болевые точки надавить. Михаил Владимирович – искусный манипулятор.
– Не стоит, Михаил Владимирович, – с лёгкой иронией в голосе, проговорил, плавно переводя взор на мужчину. – Слишком хорошо вас знаю. Но со мной данный трюк не пройдёт. Даже не старайтесь.
Шабанов изобразил саму невинность. Он робко передёрнул плечами, фальшиво давая понять, что даже не пытается мной манипулировать.
– Дима, ты нам нужен. Эта женщина слишком много знает о деятельности Крылова. Без тебя мы не справимся. Она никому не верит, кроме тебя.
Усмехнулся.
– Михаил Владимирович, Катька – самая настоящая интриганка. С этой девушкой следует держать «ухо востро». Неизвестно, что у неё на уме.
Хитрая искра блеснула в глазах мужчины.
– Ты прав. Но она увлечена тобой.
Застыл. Мучительное пламя обжигало мою израненную душу.
Глава № 21. Катерина
Уверенно подняла голову, излучая яркую улыбку, демонстрируя свою полную расположенность.
– Что, простите? – Шокировано уточнил широкоплечий, весьма-весьма привлекательный мужчина.
Чёрт побери, а у нас действительно очень похожие вкусы с Ксенией.
– Вы слышали, Глеб. Я хочу помочь вам вернуть вашу бывшую девушку. Они с Дмитрием совершенно не пара.
На секунду в светлых глазах мужчины вспыхнула искра неподдельного интереса, но он быстро подавил этот порыв.
– Я не собираюсь с вами обсуждать свою личную жизнь, Екатерина Александровна.
Изобразила негодования, хотя, что-то подобное ожидала. Перед встречей навела справки о Глебе Ивановиче Свиридове. Серьёзный мужчина. Ответственный. Дисциплинированный. Совершил ошибку по молодости, изменил Ксении. Но по-прежнему её любит. Неспроста он оказался заведующим отделением в том же самом госпитале, где работает супруга Дмитрия. Свиридов стал начальником Ксюши…Вот же удача!
– Глеб, Ксения несчастна с Димой. Между ними давным-давно ничего нет. Не упускайте свой шанс. Пришло время действовать.
Понимала, что поступаю подло, но известно, «что на войне и в любви, все способы хороши».
Мужчина заинтригованно осмотрел меня.
– Екатерина Александровна, а вам зачем всё это? Что-то я не заметил, что вы с Ксенией друзья.
Иронично хохотнула.
– Ваша бывшая девушка забрала у меня Дмитрия.
Глеб нахмурился.
– Дмитрий – муж Ксении. И насколько мне известно, она его у вас не отбивала. Вы сами оставили Дмитрия.
Разговор поменял русло.
– Слушай. Давай без моральных проповедей. Всё просто. Либо да. Либо нет, – разгневанно грохнула рукой по столу. – Тебе же она по-прежнему дорога, – позабыв обо всех правилах приличия, перешла на «ты». – Так не теряйся. Предлагаю объединить наши силы. Тем более что я вижу, что отношения Ксении и Дмитрия уже дали трещину.
Несколько лет назад…
– На следующей неделе летим в Екатеринбург на переговоры по контракту «Силуэт». Берём с собой только тебя, Катерина. Ты лучше всех в теме.
Непринуждённо кивнула деловито, но внутри что-то ёкнуло. Командировка на двоих. Классика жанра, о которой все шепчутся у кулера. Только мы с Андреем Борисовичем — не те. Он образец сдержанности, я профессионал в строгом пучке и белых блузках. Шептались бы, если б знали, какие мысли иногда проносятся у меня в голове, когда он наклоняется над моим столом, и я чувствую запах его одеколона — не сладкий, а древесный, холодный.
Ошибка с номером в отеле была настолько топорной, что даже несмешной. Администратор с видом мученика разводил руками.
– «Случился пересчёт гостей на конференции, ваш двухместный номер отдали. Есть только люкс с king-size кроватью. Или ждать два часа, пока освободится стандартный».
Мы переглянулись. Андрей вздохнул, провёл рукой по лицу.
– Катя, прости за это безобразие. Два часа терять не можем. Я… я буду спать на диване. Хорошо?
Люкс оказался просторным, но диван в нём был скорее декоративным, жёстким и коротким. Королевская кровать возвышалась посередине, как монумент неловкости. Я молча отнесла свой чемодан в сторону, он свой — к дивану.
Переговоры прошли на удивление гладко. Мы работали как слаженный механизм, ловили мысли друг друга с полуслова. После подписания протоколов партнёры пригласили нас на ужин. Было вино, много вина. Андрей, обычно трезвенник, сегодня пил со мной наравне. Возвращались в отель на такси, молча смотрели в разные окна на мелькающие огни. Моё бедро в тонких колготках почти касалось его брючины. Почти.