— Он?
Взгляд девочки был обеспокоен, но она держалась.
— Он? — ударил второго.
Девочка зажмурилась, но ничего не сказала.
— А может он? — ехидно спросил мальчишка.
И тут, увидев знакомое обеспокоенное лицо того самого мальчика, её глаза растерянно забегали, хоть и старались не отвести от него взгляд, показать, что это не тот, ибо знала, что узнав Эдвард правду, тому мальчику не поздоровится. Но от голубоглазого и этот жест не скрылся, вмиг вызывав на его красивом лице несусветную, подобную дьяволу, улыбку.
— А вот и тот, кого мы ищем, — пролепетал он, занося кулаком тому в челюсть.
Мальчик упал и схватился за раненное место. Другие мальчишки, что держали предыдущих, присоединились к товарищу, начиная пинать скрючившегося мальчика по животу.
Эмили зажмурила глаза, не давая слезам вырваться наружу.
Ньюберри не понимала, как её хороший, заботливый друг стал таким… Таким безжалостным и зависимым придурком.
the end flashback 12 years.
***
flashback Emily Newberry 15 years:
Эмили сидела в классе, тихо читая книгу в одиночестве. Эдвард настолько всех припугнул, что одноклассники настораживаются даже смотреть в ее сторону, лишь бы не связываться с самим Эдвардом Уильямсом. Он стал главным выскочкой, которого знает вся элитная школа, в том числе и преподаватели, но, на удивление каждого, он учился довольно-таки отлично, схватывая всё практически налету. Сама девушка не говорила о нем своим родителям, дальше давая им считать, что они такие же былые друзья, думая, что мания величия в ее друге детства исчезнет. Но прошло уже несколько лет и никаких изменений.
С каждый разом только хуже и хуже.
Тут в кабинет вальяжно входить собственной персоной единственный и неповторимый Эдвард Уильямс. Следом за ним вошли его верные «пёсики» — двое парней, которых звали Джош и Брэд, хихикая, словно гиены. Так как у парней во время подросткового возраста ломался голос, сейчас у этого темноволосого парня голос превратился в более надменный, грубый и наглый.
Ледяными глазами заметив знакомую миниатюрную фигурку, его губы расплылись в дьявольской ухмылке, что стала для него уже характерной. Направился в сторону Эмили, что старалась его не замечать, подрагивая от волнения предстоящего. Он подошёл к юной особе, остановившись позади, и положил свой острый, аккуратный подбородок на её светлую макушку, вдыхая родной аромат карамели.
— Чем занята?
— Читаю книгу. — бегло и напугано произнесла белокурая, не открывая взгляда от книги, быстро пробегаясь глазами по строчкам, делая вид, что увлечена чтением.
Парень хмыкнул.
— Есть намного интересные вещи, чем эти бесполезные куски бумаги, — азартно произнёс Эдвард, накручивая прядь ее светлых волос на свой аристократический палец.
Внутри Эмили всё боязливо сжалось, заставляя её нервно трясти ногой, создавая тем самым характерный звук соприкосновения лёгких подошв её балеток с деревянным прочным полом школьного кабинета. Парень ощущал её страх, но это лишь сильнее заводило его нутро. Только одна мысль своего заметного превосходства над ней приносила ему безумное удовольствие. Это его взбудораживало не только морально, но и физически. Чтобы заглушить возбуждение ему приходилось справляться самоудовлетворением; не достиг возраста согласия на половой контакт, да и впрочем, ему это не мешало, просто он понимал, что эта маленькая и невинная девушка к такому ещё вовсе не готова.
Отойдя от лишних мыслей, парень оставил в покое её прядь. Выровнявшись, потянул девушку за руку, заставляя её встать со стула и отвести беглый взгляд от книги в его холодные, голубые глаза. Тот резко схватил её за бедра и, приподнимая, усадил Эмили на парту. Та испуганно взвизгнула, схватившись пальцами за его крепкие плечи, сжимая ткань чёрной рубашки. Не обращая внимания на окружающих их одноклассников, он разглядывал её тонкие и аккуратные черты лица. Такая наивная, такая чистая и вся его. Ньюберри закрыла глаза, лишь бы не видеть то, как жадно голубые глаза, в прямом смысле, скандируют, будто бы вот-вот съедят. От его взора внутри всё холодеет, заставляя тело онеметь и подвергнуться в жуткую дрожь. Мужские пальцы обхватили её острый подбородок, приподнимая, а после девушка ощутила на своих пухлых вишнёвых губах горячее дыхание.
Близко.
Слишком близко.
В следующую секунду губы Ньюберри накрыли чужие. Сухие и холодные.
Белокурая застыла, окаменела в один момент. Не зная, что делать и о чем думать, она лишь сложила свои худенькие руки на его груди, стараясь даже в такой ситуации держать дистанцию.