Ратмир закрывает дверь, оборачивается ко мне:
– Расскажи всё подробно. Что именно тебя насторожило?
Я сажусь на кровать, он – рядом, на стул. И я начинаю говорить. О Косте, о его странных визитах, о пакете, который он прятал, о тишине за стеной, которая кажется мне громче любого крика. О той улыбке – мерзкой, будто отпечатавшейся на сетчатке моих глаз. И вообще тараторю как не в себя, будто на приёме у психолога, хотя уже полгода точно там не была…
Ратмир слушает внимательно, не перебивая. Когда я заканчиваю, он задумчиво проводит рукой по своим тёмным взъерошенным волосам.
– Может, стоит поговорить с Лерой? – предлагает он. – Напрямую. Узнать, что происходит…
Я качаю головой… И меня тут же отпускает от мысли, что это вообще мог быть Ратмир. Потому что мой сталкер был явно против того, чтобы соседка знала. Он даже сообщил мне об этом. Такие явные противоречия явно говорят о том, что я зря на него наговаривала…
– Мне кажется, она не скажет. Она всегда его защищает. Даже если… даже если что‑то не так…
Он молчит несколько секунд, потом смотрит на меня:
– А что не так?
– Ну… Он… Он её оскорблял и, кажется, применял физическую силу… Он какой-то ненормальный…
Его серые глаза тут же сосредотачиваются на моём лице. Он хмурится.
– Тогда давай сделаем иначе. Ты останешься здесь. А я… попробую разузнать что-нибудь…
Я хватаю его за руку:
– Не надо. Это опасно. А вдруг он что-то тебе сделает?!
Он улыбается – чуть криво, но так, что внутри становится стыдно:
– Я не собираюсь лезть в драку. Просто послушаю. Если что – сразу уйду.
Я хочу возразить, но понимаю, что это единственный доступный сейчас вариант. Мы не можем просто сидеть и ждать, пока тревога съест меня изнутри.
– Хорошо, – шепчу я. – Но будь осторожен.
Он кивает, встаёт. На секунду задерживается у двери, оборачивается.
– Всё будет хорошо. Я скоро.
Дверь закрывается. Я остаюсь одна. В комнате теперь тишина, но она кажется живой, дышащей, потому что я знаю, что Ратмир рядом. Я сжимаю в руках телефон, смотрю на экран. Ни сообщений. Ни звонков.
Минуты тянутся, как резина. Я встаю, подхожу к двери, прикладываю ухо к холодной поверхности. Ничего. Ни звука.
Вдруг звучит тихий скрип. Я вздрагиваю. Это из коридора. Кто‑то идёт. Медленно, осторожно. Я задерживаю дыхание, прислушиваясь к ударам собственного сердца.
Шаги останавливаются у соседней двери. Затем – приглушённый голос. Мужской. Костя. Но слова неразборчивы.
Я отхожу от двери, будто меня током шарахает, плюхаюсь на кровать. Сердце стучит так громко, что, кажется, его слышно даже в коридоре.
Прошло десять минут. Или пятнадцать? Время теряет смысл. Почему он, блин, так долго?! Костя его заметил?! Я бы услышала ссору, да?
Наконец – снова шаги. На этот раз быстрее. И тот же самый стук…
Я вскакиваю, бегу к двери. Открываю.
На пороге – Ратмир. Лицо серьёзное, но в глазах будто появилось что‑то новое. Что‑то, от чего у меня холодеет внутри.
– Что? – спрашиваю я, едва дыша. – Что ты узнал?
Он делает шаг вперёд, закрывает дверь.
– Оля, – говорит он тихо. – Нам нужно поговорить. Сейчас.
Я киваю, сажусь на кровать. Он опускается рядом, заключает мои руки в свои. Они тёплые, надёжные, шероховатые. Я даже не понимаю, почему уделяю им столько внимания. Наверное, потому что меня в принципе впервые парень держит за руку… Но его взгляд тяжёлый, будто несёт в себе груз, который он не хочет на меня перекладывать.
– Я слышал их разговор, – начинает он... – Костя говорил что‑то о «плане», о «следующем шаге». Лера пыталась его остановить, но он… он был настойчив. И ещё он упоминал твоё имя…
Я чувствую, как кровь отступает от лица.
– Моё? Но почему? При ней?!
Ратмир сжимает мои пальцы чуть сильнее… Проходится по каждой костяшке.
– Не знаю. Но он говорил это с такой интонацией… Будто ты часть чего‑то, чего сама не понимаешь…