Венди стонала и брыкалась, словно животное, словно отчаянная маленькая распутница. Я провел пальцами по ее бокам, потом прижал руки к покрывалу и приподнялся так, чтобы прохладный ночной ветерок прошел между нами. Я покачивал бедрами взад и вперед, входя и выходя из ее киски. Коленями шире раздвинул бедра Венди, потянулся руками и нащупал сочные сиськи. Затем ущипнул и сжал соски, и, боже мой, маленькой шлюшке пришлось это по душе. По всей видимости, с ней никогда так не обращались. Держу пари, у нее даже не было возможности узнать, что именно ей нравилось. Напомню ей поблагодарить меня позже.
Я чувствовал, как яйца подтянулись ближе к основанию члена, и как внутри меня зародился оргазм. Он начал брать надо мной верх, я и так сдерживался сколько мог. Дерьмо, ведь раньше я мог трахаться часами. Но погрузившись глубоко в Венди и ощутив ее обволакивающее тепло, я готов был кончить в считанные минуты, однако растягивал желание, чтобы не лишать себя удовольствия.
Я продержался еще немного, но напряжение в яйцах стало почти болезненным, а потребность в оргазме дала о себе знать, превратившись в неудовлетворенность.
– Скажи, как сильно ты хочешь почувствовать мой оргазм, детка, – запыхавшись, произнес я.
– Да, черт возьми, да, Лиам! – простонала Венди, прижавшись задницей к моим бедрам. – Я хочу почувствовать, как ты кончаешь, мне это нужно, пожалуйста!
Я всегда заставлял сучек желать большего, поэтому, приняв ее слова за сигнал, я со стоном вышел из киски. Внезапный резкий переход от ее горячего жара к прохладному ветерку, гулявшему по комнате, оказался тем необходимым стимулом. Мне даже особо не пришлось касаться себя, прежде чем я взорвался, кончив на задницу, талию и бедра Венди.
Рухнув на нее с удовлетворенным хрипом, я почувствовал свою сперму на ее коже – все это липкое месиво оказалось между нами. Венди застонала подо мной, но все, на что я был способен – с гортанным смешком шлепнуть ее по заднице в последний раз.
Лежа в постели той ночью, я думал о том, как поступить.
Теперь, когда дело касалось Венди, у меня было два выхода. Я мог держать ее как домашнего питомца, трахать, когда захочу, и защищать в случае чего. Или я мог выяснить наверняка, что, черт возьми, произошло между ней и русскими. Понятно, что легче всего было просто пустить все на самотек. Не было смысла лезть к русским. Нужно было держать себя в руках, не высовываться, продолжать работать. Но мне было любопытно, я ведь не мог притворяться, что не спас Венди от трех русских бандитов. Кто-то хотел ее смерти.
Разумеется, правильным выбором было не лезть во все это.
– Черт, – пробормотал я, поднялся и закричал. – Иди сюда!
Через минуту Венди вошла в комнату в серых спортивных штанах и мешковатой белой футболке до колен. Даже в этом наряде девушка выглядела сексуально. Спортивные штаны были обтягивающими, и изгибы ее миниатюрного тела радовали глаз.
– Не надо так орать, – ответила она, остановившись в дверном проеме. – Я буквально в пятнадцати шагах от тебя.
– Ты же принимаешь противозачаточные?
– Да. Ты меня из-за этого звал?
– Нет. Расскажи мне все, – потребовал я. – Ничего не скрывай. Я хочу услышать каждую деталь. Мне нужно знать, кто охотится за тобой и почему, кого убивать и в каком порядке. Ясно?
Я сидел на кровати без футболки и наблюдал за Венди. Выражение ее лица было мне знакомо. Я видел его десятки раз на лицах людей, которых меня посылали убивать – страх, когда ты слишком много знал о ком-то опасном.
– Ну, во-первых, давай поговорим о том, почему ты выглядишь, словно мраморная статуя Давида, сделанная Микеланджело?
– Перестань нести чушь, – возразил я, не в настроении слушать ее дерьмо.
– Ладно, – пробормотала Венди, разгладив футболку. Она пересекла спальню и присела на край кровати. Снаружи воздух наполнился оживленными ночными звуками: лаем собак, сработавшей сигнализацией, полицейскими сиренами и громкими голосами. – Но сначала мне нужно в туалет.
Она встала с кровати и направилась в ванную, располагавшуюся между моей спальней и гостиной. Я услышал, как деревянная крышка лязгнула о фарфоровый унитаз, а затем громкое «фу!».
Я громко зевнул, хрустнул шеей и вылез из постели. Надел черные боксеры, поправил яйца и тоже пошел в ванную.
– Что? – поинтересовался я, подперев рукой дверной косяк.
– Унитаз не смывает, – Венди подняла нос выше, попытавшись снова смыть воду. Я услышал бульканье грязной воды, а девушка содрогнулась от отвращения.